Анализ бактерицидного действия гипохлорита натрия и хлоргексидина на резистентные микроорганизмы биопленки (E. Faecalis, C. Albicans). | Хабадзе

1. Zargar N, Marashi MA, Ashraf H, Hakopian R, Beigi P. Identification of microorganisms in persistent/secondary endodontic infections with respect to clinical and radiographic findings: bacterial culture and molecular detection. Iran J Microbiol. 2019;11(2):120-128.

2. Pourhajibagher M, Ghorbanzadeh R, Parker S, Chiniforush N, Bahador A. The evaluation of cultivable microbiota profile in patients with secondary endodontic infection before and after photo-activated disinfection. Photodiagnosis Photodyn Ther. 2017 Jun;18:198-203.

3. M. Pourhajibagher, A. Bahador. Is antimicrobial agents can considered as effective weapons against endodontic infections by Enterococcus faecalis? Der Pharma Chemica. 2015; 7: 196-200.

4. M.E. Łysakowska, A. Ciebiada-Adamiec, M. Sienkiewicz, J. Sokołowski, K. Banaszek. The cultivable microbiota of primary and secondary infected root canals, their susceptibility to antibiotics and association with the signs and symptoms of infection. Int. Endod. J. 2016; 49: 422-430.

5. Jhajharia K, Parolia A, Shetty KV, Mehta LK. Biofilm in endodontics: A review. J Int Soc Prev Community Dent. 2015;5(1):1-12.

6. Behnam Bolhari, Maryam Pourhajibagher, Farzaneh Bazarjani, Nasim Chiniforush, Mehdi Rostami Rad, Salma Pirmoazen, Abbas Bahador. Ex vivo assessment of synergic effect of chlorhexidine for enhancing antimicrobial photodynamic therapy efficiency on expression patterns of biofilm-associated genes of Enterococcus faecalis. Photodiagnosis and Photodynamic Therapy. 2018; 22: 227-232.

7. Pourhajibagher M, Ghorbanzadeh R, Bahador A. Culture-dependent approaches to explore the prevalence of root canal pathogens from endodontic infections. Braz Oral Res. 2017 Dec 18;31:e108.

8. Ye WH, Fan B, Purcell W, Meghil MM, Cutler CW, Bergeron BE, Ma JZ, Tay FR, Niu LN. Anti-biofilm efficacy of root canal irrigants against in-situ Enterococcus faecalis biofilms in root canals, isthmuses and dentinal tubules. J Dent. 2018 Dec;79:68-76.

9. Sun X, Wang S, Yang Y, Luo C, Hou B. Study of invasion and colonization of E. faecalis in microtubes by a novel device. Biomed Microdevices. 2016 Oct;18(5):82.

10. Mallya L, Shenoy R, Mala K, Shenoy S. Evaluation of the antimicrobial efficacy of 20% Punica granatum, 0.2% chlorhexidine gluconate, and 2.5% sodium hypochlorite used alone or in combinations against Enterococcus faecalis: An in-vitro study. J Conserv Dent. 2019;22(4):367-370.

11. Tong Z, Du Y, Ling J, Huang L, Ma J. Relevance of the clustered regularly interspaced short palindromic repeats of Enterococcus faecalis strains isolated from retreatment root canals on periapical lesions, resistance to irrigants and biofilms. Exp Ther Med. 2017 Dec;14(6):5491-5496.

12. Diogo P, Fernandes C, Caramelo F, Mota M, Miranda IM, Faustino MAF, Neves MGPMS, Uliana MP, de Oliveira KT, Santos JM, Gonçalves T. Antimicrobial Photodynamic Therapy against Endodontic Enterococcus faecalis and Candida albicans Mono and Mixed Biofilms in the Presence of Photosensitizers: A Comparative Study with Classical Endodontic Irrigants. Front Microbiol. 2017 Mar 30;8:498.

13. Neelakantan P, Romero M, Vera J, Daood U, Khan AU, Yan A, Cheung GSP. Biofilms in Endodontics-Current Status and Future Directions. Int J Mol Sci. 2017 Aug 11;18(8):1748.

14. Ghivari SB, Bhattacharya H, Bhat KG, Pujar MA. Antimicrobial activity of root canal irrigants against biofilm forming pathogens- An in vitro study. J Conserv Dent. 2017;20(3):147-151.

15. Jose J, Krishnamma S, Peedikayil F, Aman S, Tomy N, Mariodan JP. Comparative Evaluation of Antimicrobial Activity of QMiX, 2.5% Sodium Hypochlorite, 2% Chlorhexidine, Guava Leaf Extract and Aloevera Extract Against Enterococcus faecalis and Candida albicans – An in-vitro Study. J Clin Diagn Res. 2016;10(5):ZC20-ZC23.

16. Giardino L, Estrela C, Generali L, Mohammadi Z, Asgary S. The in vitro Effect of Irrigants with Low Surface Tension on Enterococcus faecalis. Iran Endod J. 2015;10(3):174-178.

17. Karkare SR, Ahire NP, Khedkar SU. Comparative evaluation of antimicrobial activity of hydroalcoholic extract of Aloe vera, garlic, and 5% sodium hypochlorite as root canal irrigants against Enterococcus faecalis: An in vitro study. J Indian Soc Pedod Prev Dent 2015;33:274-8.

18. RavinanthananM,HegdeMN,ShettyVA,KumariS.Antimicrobial assay of combination surfactant irrigant regimen on vancomycin- resistant Enterococcus faecalis. An in vitro direct contact test. Dent Res J (Isfahan). 2018;15(6):397-403.

19. Babaji P, Jagtap K, Lau H, Bansal N, Thajuraj S, Sondhi P. Comparative evaluation of antimicrobial effect of herbal root canal irrigants (Morinda citrifolia, Azadirachta indica, Aloe vera) with sodium hypochlorite: An in vitro study. J Int Soc Prev Community Dent. 2016;6(3):196-199.

20. de Almeida J, Cechella BC, Bernardi AV, de Lima Pimenta A, Felippe WT. Effectiveness of nanoparticles solutions and conventional endodontic irrigants against Enterococcus faecalis biofilm. Indian J Dent Res 2018;29:347-51.

21. Bukhary S, Balto H. Antibacterial Efficacy of Octenisept, Alexidine, Chlorhexidine, and Sodium Hypochlorite against Enterococcus faecalis Biofilms. J Endod. 2017 Apr;43(4):643-647.

22. e WH, Fan B, Purcell W, Meghil MM, Cutler CW, Bergeron BE, Ma JZ, Tay FR, Niu LN. Anti-biofilm efficacy of root canal irrigants against in-situ Enterococcus faecalis biofilms in root canals, isthmuses and dentinal tubules. J Dent. 2018 Dec;79:68-76.

23. Yadav P, Chaudhary S, Saxena RK, Talwar S, Yadav S. Evaluation of Antimicrobial and Antifungal efficacy of Chitosan as endodontic irrigant against Enterococcus Faecalis and Candida Albicans Biofilm formed on tooth substrate. J Clin Exp Dent. 2017 Mar 1;9(3):e361-e367.

24. Liu Z, Feng X, Wang X, Yang S, Mao J, Gong S. Quercetin as an Auxiliary Endodontic Irrigant for Root Canal Treatment: Anti-Biofilm and Dentin Collagen-Stabilizing Effects In Vitro. Materials (Basel). 2021 Mar 3;14(5):1178.

25. Frough-Reyhani M, Ghasemi N, Soroush-Barhaghi M, Amini M, Gholizadeh Y. Antimicrobial efficacy of different concentration of sodium hypochlorite on the biofilm of Enterococcus faecalis at different stages of development. J Clin Exp Dent. 2016;8(5):e480-e484.

26. Zhang R, Chen M, Lu Y, Guo X, Qiao F, Wu L. Antibacterial and residual antimicrobial activities against Enterococcus faecalis biofilm: A comparison between EDTA, chlorhexidine, cetrimide, MTAD and QMix. Sci Rep. 2015 Aug 6;5:12944.

27. Böttcher DE, Sehnem NT, Montagner F, Fatturi Parolo CC, Grecca FS. Evaluation of the Effect of Enterococcus faecalis Biofilm on the 2% Chlorhexidine Substantivity: An In Vitro Study. J Endod. 2015 Aug;41(8):1364-70.

28. Sedigh-Shams M, Badiee P, Adl A, Sarab MD, Abbaszadegan A, Nabavizadeh M. In vitro comparison of antimicrobial effect of sodium hypochlorite solution and Zataria multiflora essential oil as irrigants in root canals contaminated with Candida albicans. J Conserv Dent. 2016;19(1):101-105.

29. Mergoni G, Percudani D, Lodi G, Bertani P, Manfredi M. Prevalence of Candida Species in Endodontic Infections: Systematic Review and Meta-analysis. J Endod. 2018 Nov;44(11):1616-1625.e9

30. Vouzara T, Koulaouzidou E, Ziouti F, Economides N. Com- bined and independent cytotoxicity of sodium hypochlo- rite, ethylenediaminetetraacetic acid and chlorhexidine. Int Endod J 2016;49:764–773.

31. Scott MB 2nd, Zilinski GS, Kirkpatrick TC, Himel VT, Sabey KA, Lallier TE. The effects of irrigants on the sur- vival of human stem cells of the apical papilla, including endocyn. J Endod 2018;44:263–268.

32. Ma J, Tong Z, Ling J, Liu H, Wei X. The effects of sodium hypochlorite and chlorhexidine irrigants on the antibacterial activities of alkaline media against Enterococcus faecalis. Arch Oral Biol. 2015 Jul;60(7):1075-81.

33. Alshanta OA, Shaban S, Nile CJ, McLean W, Ramage G. Candida albicans Biofilm Heterogeneity and Tolerance of Clinical Isolates: Implications for Secondary Endodontic Infections. Antibiotics (Basel). 2019 Oct 30;8(4):204.

34. Moradi Eslami L, Vatanpour M, Aminzadeh N, Mehrvarzfar P, Taheri S. The comparison of intracanal medicaments, diode laser and photodynamic therapy on removing the biofilm of Enterococcus faecalis and Candida albicans in the root canal system (ex-vivo study). Photodiagnosis Photodyn Ther. 2019 Jun;26:157-161.

35. Roy, Monojit, and Tirthankar Bhaumik. Comparative evaluation of effectiveness of 3% Sodium hypochlorite, 17% Ethelene diamine tetra-acetic acid (EDTA) and Fluconazole on Candida Albicans–An in vitro study. International Journal of Innovative Research In Dental Sciences. 2017; 6(2): 5.

36. Mohammadi Z., Asgary S., Antifungal Activity of Endodontic Irrigants, IEJ Iranian Endodontic Journal 2015;10(2): 144-147.

37. Moher D, Liberati A, Tetzlaff J, Altman DG; PRISMA Group. Preferred reporting items for systematic reviews and meta-analyses: the PRISMA statement. Ann Intern Med. 2009 Aug 18;151(4):264-9

38. Higgins J.P.T., Altman D.G. In: Assessing Risk of Bias in Included Studies. Higgins J.P.T., Green S., editors. Wiley Blackwellm; Hoboken, NJ, USA: 2008.

39. Higgins J.P.T., Altman D.G., Gøtzsche P.C., Jüni P., Moher D., Oxman A.D., Savović J., Schulz K.F., Weeks L., Sterne J.A. The Cochrane Collaboration’s tool for assessing risk of bias in randomised trials. BMJ. 2011;343:d5928.

40. Ismail, Sajeela, Amith Adyanthaya, and Natta Sreelakshmi. Intracanal irrigants in pediatric endodontics: A review. Int J Appl Dent Sci 3.4 (2017): 246-251.

41. Cumbo, Enzo, Dario Melilli, and Giuseppe Gallina. Irrigants in endodontics: A review. International Journal of Clinical Dentistry 12.1 (2019): 37-62.


1. Кузнецов Н.А., Никитин В.Щадящие хирургические вмешательства и интерактивные повязки в лечении инфицированных ран // Consilium medicum: Хирургия (прилож.). 2006. № 2. С. 39–46.

2. Мошуров И.П. Анализ эффективности местного лечения гнойно-воспалительной патологии при использовании импульсного потока лечебного раствора // Системный анализ и управление в биомедицинских системах. 2008. Т. 7 (1). С. 106–110.

3. Блатун Л.А. Местное медикаментозное лечение ран // Хирургия. Журнал им. Н. И. Пирогова. 2011. № 4. С. 51–59.

4. Жилина С.В., Миронов А.Ю., Поликарпова С.В., Пивкина Н.В. Стрептококки в этиологии гнойно-воспалительных заболеваний кожи и мягких тканей // Курский научно-практический вестник «Человек и его здоровье». 2009. № 2. С. 46–53.

5. Бабушкина И.В. Наночастицы металлов в лечении экспериментальных гнойных ран // Саратовский научно-медицинский журнал. 2011. Т. 7, № 2. С. 530–533.

6. Carlos J.S. D-Amino acids enhance the activity of anti-microbials against biofilms of clinical wound isolates of Staphylococcus aureus and Pseudomonas aeruginosa // Antimicrob. Agents Chemother. 2014. № 58. Р. 4353–4361.

7. Плотников Ф.В. Комплексное лечение пациентов с гнойными ранами в зависимости от способности микро-организмов-возбудителей формировать биопленку // Новости хирургии. 2014. Т. 22 (5). С. 575–582.

8. George K. Are quantitative bacterial wound cultures useful? // J. Clin. Microbiol. 2014. № 52. С. 2753–2756.

9. Tanaka K. Lipid-colloid dressing shows improved reepithelialization, pain relief, and corneal barrier function in splitthickness skin-graft donor wound healing // Inter-

10. national Journal of Lower Extremity Wounds. 2014. № 13. Р. 220–225.

11. Халилов М.А. Вопросы оптимизации местного лечения гнойных ран // Курский научно-практический вестник «Человек и его здоровье». 2009. № 3. С. 31–37.

12. Чекмарева И.А., Блатун Л.А., Терехова Р.П., Захарова О.А., Кочергина Е.В., Агафонов В.А. Морфофункциональные аспекты регенерации ран при лечении йодсодержащими мазями // Хирургия. Журнал им. Н. И. Пирогова. 2014. № 1. С. 54–58.

13. Belda F.J. Supplemental perioperative oxygen and the risk of surgical wound infection: a randomized controlled trial // JAMA. 2005. № 294. С. 2035–2042.

14. Xiaomeng Li. Development of a silk fibroin/HTCC/PVA sponge for chronic wound dressing // Journal of Bioactive and Compatible Polymers. 2014. № 29. С. 398–411.

15. Григорьян А.Ю., Бежин А.И., Панкрушева Т.А., Иванов А.В., Жиляева Л.В., Кобзарева Е.В., Мишустин В.Н. Иммобилизованные формы антисептиков для лечения гнойных ран в эксперименте // Курский научно-практический вестник «Человек и его здоровье». 2011. № 4. С. 24–33.

Шампунь может использоваться с водой любой жесткости. Шерсть животного обильно смочить теплой водой. Небольшое количество шампуня равномерно распределить по всей поверхности тела животного, массируя до образования обильной пены. Через 3-5 минут пену тщате

Шампунь Doctor VIC с хлоргексидином 4% для собак и кошек, 150/5000 мл

Шампунь с хлоргексидином 4% применяют кошкам и собакам для профилактики кожных заболеваний бактериальной этиологии. Шампунь эффективно очищает и увлажняет кожу, делает шерсть питомца мягкой и шелковистой, обладает выраженными моющими свойствами. Хлоргексидин биглюконат – антисептик с широким спектром антибактериального и противогрибкового действия; не инактивируется органическими веществами, что способствует улучшению самочувствия собаки за счёт удаления корок и дебриса, который может содержать клещей, экссудат и медиаторы воспаления на коже при демодекозе и других заболеваниях. Д-пантенол – эффективно очищает и увлажняет кожу, шерсть становиться мягкой и шелковистой. Кокосовое масло – обеспечивает интенсивное увлажнение сухой и сильно поврежденной шерсти.

Шампунь может использоваться с водой любой жесткости. Шерсть животного обильно смочить теплой водой. Небольшое количество шампуня равномерно распределить по всей поверхности тела животного, массируя до образования пены. Через 3-5 минут пену тщательно смыть теплой водой, шерсть высушить полотенцем или феном. Средний курс применения шампуня с хлоргексидином составляет 2 недели.

Cледует избегать попадания шампуня в глаза и уши животного. Для предотвращения попадания влаги в уши рекомендуется закрыть их тампонами, смоченными вазелиновым маслом. В случае попадания шампуня на слизистые оболочки глаз, носа и рта обильно промыть их водой.

Хлоргексидина биглюконат (4%), вода высокоочищенная, динатриевая соль кокоамфодиацетата, кокамидопропилбетаин, глицерет-2 кокоат, ДЭА жирных кислот кокосового масла, Д-пантенол, вспомогательные вещества.

Распространенность генов карбапенемаз, qacE, qacEΔ1 и cepA у множественно-резистентных грамотрицательных бактерий с различной чувствительностью к хлоргексидину | Косякова

1. Козлов Р. С. Нозокомиальные инфекции: эпидемиология, патогенез, профилактика, контроль. // Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. 2000. Т., № 1. С.16–22.

2. Покровский В. И., Акимкин В. Г., Брико Н. И. и др. Внутрибольничные инфекции: новые горизонты профилактики. // Эпидемиология и инфекционные болезни. 2011. № 1. С. 4–7.

3. Покровский В. И., Акимкин В. Г., Брико Н. И. и др. Национальная Концепция профилактики инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, и информационный материал по ее положениям. Издательство «Ремедиум Поволжье». 2012. С. 84.

4. Найговзина Н. Б., Попова А. Ю., Бирюкова Е. Е. и др. Оптимизация системы мер борьбы и профилактики инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи в Российской Федерации. // ОРГЗДРАВ: новости, мнения, обучение: Вестник ВШОУЗ. 2018. Т. 1, № 11. С. 17–26.

5. Европейское региональное бюро ВОЗ 13.11.2017: Каждая предотвращенная инфекция – это еще одна возможность избежать лечения антибиотиками. Доступно на: http://www.euro.who.int/ru/health-topics/disease-prevention/antimicrobial-resistance/

6. Friedrich A.W. Control of hospital acquired infections and antimicrobial resistance in Europe: the way to go. Wien. Med. Wochensch. 2019. Vol.169, Suppl. 1. P.25–30.

7. Габриэлян Н. И., Шарапченко С. О., Драбкина И. В. и др. Грамотрицательные госпитальные патогены в риске развития тяжелых бактериальных инфекций // Медицинский алфавит. Обозрение. 2019. Т. 1, № 15. С. 31–35.

8. Принципы организации мониторирования устойчивости ведущих возбудителей инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, к антимикробным препаратам в лечебно-профилактических медицинских организациях здравоохранения. Федеральные клинические рекомендации. М.; 2014.

9. Тец В. В., Артеменко Н. К., Тец Г. В. и др. Чувствительность бактерий, выделенных от больных с нозокомиальной инфекцией к антисептическому препарату Мультицид. // Медицинский алфавит. Эпидемиология и гигиена. 2016. Т. 1, № 6. С. 38–41.

10. Cassir N., Rolain J., Brouqui P. A new strategy to fight antimicrobial resistance: the revival of old antibiotics. // Front. Microbiol. 2014. Vol.20, N5. P.551.

11. Gentry L.O. Future developments in nosocomial infections: the perspective in the United States. J. Hosp. Infect. 1990. Vol.15, Suppl A. P.3 –12.

12. Kramer A., Schwebke I., Kampf G. How long do nosocomial pathogens persist on inanimate surfaces? A systematic review. BMC Infect. Dis. 2006. Vol.6. P.130.

13. Who publishes list of bacteria for which new antibiotics are urgently needed. Доступно на: https://www.who.int/ru/news-room/detail/27-02-2017-who-publishes-list-ofbacteria-for-which-new-antibiotics-are-urgently-needed.

14. McCann E., Srinivasan A., DeRyke C.A., et al. Carbapenem-nonsusceptible Gram-negative pathogens in ICU and non-ICU settings in US hospitals in 2017: a multicenter study // Open Forum. Infect. Dis. 2018. Vol.5, N10. ofy 241.

15. СанПиН Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность. Утверждены Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 18 мая 2010 года №58.

16. Оценка чувствительности к дезинфицирующим средствам микроорганизмов, циркулирующих в медицинских организациях: Методические указания. М.: Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2017.

17. Kazama H., Hamashima H., Sasatsu M., Arai T. Distribution of the antiseptic-resistance genes qacE and qacEΔ1 in Gram-negative bacteria // FEMS Microbiol. Lett. 1998. Vol.159, N2. P.173–178.

18. Kucken D., Heinz-Hubert F., Kaukfers P.M. Association of qacE and qacEΔ1 with multiple resistance to antibiotics and antiseptics in clinical isolates of Gram-negative bacteria. // FEMS Microbiol. Lett. 2000. Vol.183, N1. P.95–98.

19. Paulsen I.T., Littlejohn T.G., Radstrom P., et al. The 3’ conserved segment of integrons contains a gene associated with multidrug resistance to antiseptics and disinfectants. // Antimicrob. Agents Chemother. 1993. Vol.37, N4. P.761–768.

20. Paulsen I.T., Brown M.H., Skurray R.A. Proton-dependent multidrug efflux systems. // Microbiol. Rev. 1996. Vol.60, N4. P.575–608.

21. Дятлов И. А., Детушева Е. В., Мицевич И. П. и др. Чувствительность и формирование устойчивости к антисептикам и дезинфектантам у возбудителей внутрибольничных инфекций. // Бактериология. 2017. Т.2, №2. С.48–58.

22. Квашнина Д. В., Ковалишена О. В. Распространенность устойчивости микроорганизмов к хлоргексидину по данным систематического обзора и анализа регионального мониторинга резистентности. // Фундаментальная и клиническая медицина. 2018. Т.3, №1. С.63–71.

23. Russell A.D. Do biocides select for antibiotic resistance? // J. Pharm. Pharmacol. 2000. Vol.52, N2. P.227–233.

24. Stickler D.J. Susceptibility of antibiotic-resistant Gram-negative bacteria to biocides: a perspective from the study of catheter biofilms // Symp. Ser. Soc. Appl. Microbiol. 2002. Vol.31. P.163–170.

25. Fang C.T., Chen H.C., Chuang Y.P., et al. Cloning of a cation efflux pump gene associated with chlorhexidine resistance in Klebsiella pneumonia. // Antimicrob. Agents Chemother. 2002. Vol.46, N6. P.2024–2028.

26. Wang C., Cai P., Cuo Y., Mi Z. Distribution of the antiseptic-resistance gene qacEDelta1 in 331 clinical isolates of Pseudomonas aeruginosa in China. // J. Hosp. Infect. 2007. Vol.66, N1. P.93–95.

27. Определение чувствительности микроорганизмов к антимикробным препаратам. Клинические рекомендации. Версия 2018–03. М., 2018.

28. EUCAST intrinsic resistance and exceptional phenotypes, Expert Rules version 3.1.26 September 2016. Доступно на: http://www.eucast.org/fileadmin/src/media/PDFs/EUCAST_files/Expert_Rules/Expert_rules_intrinsic_exceptional_V3.1.pdf.

29. Сухорукова М. В., Эйдельштейн М. В., Склеенова Е. Ю. и др. Антибиотикорезистентность нозокомиальных штаммов Acinetobacter spp. в стационарах России: результаты многоцентрового эпидемиологического исследования «МАРАФОН» 2013–2014. // Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. 2017. Т. 19, № 1. С. 42–48.

30. Сухорукова М. В., Эйдельштейн М. В., Склеенова Е. Ю. и др. Антибиотикорезистентность нозокомиальных штаммов Enterobacteriaceae в стационарах России: результаты многоцентрового эпидемиологического исследования «МАРАФОН» 2013–2014. // Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. 2017. Т.19, №1. С.49–56.

31. Эйдельштейн М. В., Сухорукова М. В., Склеенова Е. Ю. и др. Антибиотикорезистентность нозокомиальных штаммов Pseudomonas aeruginosa в стационарах России: результаты многоцентрового эпидемиологического исследования «МАРАФОН» 2013–2014. // Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. 2017. Т.19, №1. С.37–41.

32. Каменева О. А., Морозова С. Е., Пунченко О. Е. и др. Этиологическая структура и антибиотикорезистентность возбудителей внебольничных инфекций мочевыводящих путей в Санкт-Петербурге, 2013–2015 гг. // Антибиотики и химиотерапия. 2017. Т.62, №9–10. С.19–26.

33. Козлова Н. С., Баранцевич Н. Е., Косякова К. Г. и др. Чувствительность к антибиотикам энтеробактерий, выделенных в стационарах двух районов СанктПетербурга. // Проблемы медицинской микологии. 2017. Т.19, №1. С.34–42.

34. Эсауленко Н. Б., Каменева О. А., Косякова К. Г. и др. Нозокомиальные инфекции и микробиологический мониторинг в многопрофильных лечебных учреждениях. // Медицинский алфавит. 2018. Т.2, №35. С.14–19.

35. Mal P.B., Farooqi J., Irfan S., et al. Reduced susceptibility to chlorhexidine disinfectant among New Delhi metallo-beta-lactamase-1 positive Enterobacteriaceae and other multidrug-resistant organisms: Report from a tertiary care hospital in Karachi, Pakistan. // Indian J. Med. Microbiol. 2016. Vol.34, N3. P.346–349.

36. Vijayakumar R., Sandle T., Al-Aboody M.S., et al. Distribution of biocide resistant genes and biocides susceptibility in multidrug-resistant Klebsiella pneumoniae, Pseudomonas aeruginosa and Acinetobacter baumannii – A first report from the Kingdom of Saudi Arabia. // J. Infect. Public. Health. 2018. Vol.11, N6. P.812–816.

37. Azadpour M., Nowroozi J., Goudarzi G.R., Mahmoudvand H. Presence of qacE∆1 and cepA genes and susceptibility to a hospital biocide in clinical isolates of Klebsiella pneumoniae in Iran. // Trop. Biomed. 2015. Vol.32, N1. P.109–115.

38. Babaei M., Sulong A., Hamat R., et al. Extremely high prevalence of antiseptic resistant Quaternary Ammonium Compound E gene among clinical isolates of multiple drug resistant Acinetobacter baumannii in Malaysia. // Ann. Clin. Microbiol. Antimicrob. 2015. Vol.14. P.11.

39. Romão C., Miranda C.A., Silva J., et al. Presence of qacEΔ1 gene and susceptibility to a hospital biocide in clinical isolates of Pseudomonas aeruginosa resistant to antibiotics // Curr. Mircobiol. 2011. Vol.63, N1. P.16–21.

40. Abuzaid A., Hamouda A., Amyes S.G. Klebsiella pneumoniae susceptibility to biocides and its association with cepA, qacΔE and qacE efflux pump genes and antibiotic resistance. // J. Hosp. Infect. 2012. Vol.81, N2. P.87–91.

41. Gomaa F.A.M., Helal Z.H., Khan M.I. High prevalence of blaNDM-1, blaVIM, qacE, and qacEΔ1 genes and their association with decreased susceptibility to antibiotics and common hospital biocides in clinical isolates of Acinetobacter baumannii. // Microorganisms. 2017. Vol.5, N2. Pii. E18.

42. Liu W.J., Fu L., Huang M., et al. Frequency of antiseptic resistance genes and reduced susceptibility to biocides in carbapenem-resistant Acinetobacter baumannii. // J. Med. Microbiol. 2017. Vol.66, N. P.13–17.

43. Poole K. Efflux-mediated antimicrobial resistance. // J. Antimicrob. Chemother. 2005. Vol.56, N1. P.20–51.

44. Косякова К. Г. Методологические проблемы определения чувствительности микроорганизмов к дезинфектантам и антисептикам. // Клиниколабораторный консилиум. 2014. Т.1, №48. С.67–70.


1. Moore M, McCulley J, Kaufman H, Robin J. Radial Keratoneurltis as a Presenting Sign in Acanthamoeba keratitis. Ophthalmology. 1986;93(10):1310-1315. doi:10.1016/s0161-6420(86)33572-3.

2. Moore M, McCulley J, Newton C, Cobo L, Foulks G, O’Day D. Acanthamoeba Keratitis; a growing problem in hard and soft contact lenses wearers. Ophthalmology. 1987;94(12):1654-1661. doi: 10.1016/s0161-6420(87)33238-5.

3. Dart J, Radford C, Minassian D, Verma S, Stapleton F. Risk Factors for Microbial Keratitis with Contemporary Contact Lenses. Ophthalmology. 2008;115(10):16471654.e3.doi:10.1016/j.ophtha.2008.05.003.

4. Волков В.В., Забайкина Т. П. Каминская, Л.Ю., Астахов С.Ю., Гордеева Л.М. Акантамебный кератит (по данным литературы и собственным наблюдениям). Вестник офтальмологии. 1994;110(1):28-31. [Volkov V.V., Zabajkina T.P., Kaminskaja L.Ju. Astahov S.Ju, Gordeeva L.M. Acanthamoebic keratitis (according to the literature and own observations). [Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii. 1994;110(1): 28-31. (in Russ.)].

5. Околов И.Н., Каргальцева Н.М., Науменко В.В., Никулин С.А. Акантамеба и акантамебный кератит. Руководство для врачей под ред. Л.И.Балашевича. Санкт-Петербург. 2005:54. [Okolov I.N., Kargal’ceva N.M., Naumenko V.V., Nikulin S.A.. Acanthameba and acanthameba keratitis / Manual for doctors. ed. L.I.Balashevich — SPb 2005:54 (in Russ.)].

6. Аветисов С. Э., Гордеева Л. М., Григорян М. Б. Акантамебные поражения роговицы. Вестник офтальмологии. 2001;117(5):53-55. [Avetisov S. Je., Gordeeva L. M., Grigorjan M. B. Acanthamoebae lesions of the cornea [Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii. 2001;117(5):53-55 (in Russ.)].

7. Майчук Ю.Ф, Майчук Д.Ю. Клинические формы акантамебного кератита в свете биомикроскопии и конфокальной микроскопии. Вестник Офтальмологии. 2004;120(1):45–47. [Majchuk Ju.F, Majchuk D.Ju. Clinical forms acanthameba keratitis in light of biomicroscopy and confocal microscopy. Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii. 2004;120(1):45–47. (in Russ.)].

8. Аветисов С.Э, Каспаров А.А., Марченко Н.Р., Федоров А.А., Каспарова Евг.А., Бородина Н.В., Лосева И.Е. Акантамебный кератит — клиника, диагностика и лечение. В сб. Современные методы диагностики и лечения заболеваний роговицы и склеры. М.2007:173-178. [Avetisov S.Je, Kasparov A.A., Marchenko N.R., Fedorov A.A., Kasparova Evg.A., Borodina N.V., Loseva I.E. Acanthameba keratitis — clinical features, diagnosis and treatment. Moscow. 2007:173-178 (in Russ.)].

9. Марченко Н.Р., Каспарова Евг..А. Диагностика акантамебного кератита. Вестник офтальмологии. 2016;132(5):103-109. [Marchenko N.R., Kasparova Evg.A. Diagnostic of Acanthameba keratitis. Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii 2016;132(5): 103-109 (in Russ.)].

10. Марченко Н.Р., Каспарова Евг..А. Лечение акантамебного кератита. Вестник офтальмологии . 2016;132(5):110-116. [Marchenko N.R., Kasparova Evg.A. Treatment of Acanthameba keratitis. [Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii. 2016;132(5):110-116 (in Russ.)].

11. Lorenzo-Morales J, Martín-Navarro CM, López-Arencibia A, Arnalich-Montiel F, Piñero JE, Valladares B. Acanthamoeba keratitis: an emerging disease gathering importance worldwide? Trends in Parasitology. 2013;29(4):181–187. doi: 10.1016/j.pt.2013.01.006.

12. Lim N, Goh D, Bunce C, Xing W, Fraenkel G, Poole TR, Ficker L. Comparison of polyhexamethylene biguanide and chlorhexidine as monotherapy agents in the treatment of Acanthamoeba keratitis. American Journal of Ophthalmology. 2008;145:130–135. doi: 10.1016/j.ajo.2007.08.040.

13. Turner NA, Russell AD, Furr JR, Lloyd D. Emergence of resistance to biocides during differentiation of Acanthamoeba castellanii. Journal of Antimicrobials and Chemotherapy. 2000;46(1):27–34. doi: 10.1093/jac/46.1.27

14. Roberts CW, Henriquez FL. 2010. Drug target identification, validation, characterisation and exploitation for treatment of Acanthamoeba (species) infections. Experimental Parasitology. 2009;126,91-96. doi: 10.1016/j.exppara.2009.11.016.

15. Nguyen TH, Weisenthal RW, Florakis GJ, Reidy JJ, Gaster RN, Tom D. Penetrating keratoplasty in active Acanthamoeba keratitis. Cornea. 2010;29:1000–1004. doi: 10.1097/ICO.0b013e3181cc79a1.

16. Ficker F.A, Kirkness C, Wright P. Prognosis for keratoplasty in Acanthamoeba keratitis. Ophthalmology. 1993;100:105-110. doi:10.1016/S0161-6420(93)31707-0

17. Brooks JG Jr, Coster DJ, Badenoch PR Acanthamoeba keratitis reesolution after epithelial debridement. Cornea.1994;13:186-189.

18. Kandori M, Inoue T, Shimabukuro M, Hayashi H, Hori Y, Maeda N, Tano Y. Four cases of Acanthamoeba keratitis treated with phototherapeutic keratectomy. Cornea. 2010;29(10):1199–1202. doi: 10.1097/ICO.0b013e3181d3d674

19. Майчук Д.Ю., Чилингарян Л.Б., Кишкин Ю.И., Майчук Н.В. Хирургическое лечение акантамебного кератита методом фототерапевтической кератоэктомии. Анализ проблемы и клинический случай. Офтальмохирургия. 2011;6:51-54. Majchuk D.YU., Chilingaryan L.B., Kishkin YU.I., Majchuk N.V. Surgical treatment of Acanthamoeba keratitis with method of phototherapeutic keratectomy. Analysis of problem and clinical case. Ophtalmosurgery=Oftal’mohi rurgija . 2011;6:51-54. (in Russ.)].

20. Khan YA, Kashiwabuchi RT, Martins SA, Castro-Combs JM, Kalyani S, Stanley P, Flikier D, Behrens A. Riboflavin and ultraviolet light a therapy as an adjuvant treatment for medically refractive Acanthamoeba keratitis: report of 3 cases. Ophthalmology. 2011;118(2):324–331. doi: 10.1016/j.ophtha.2010.06.041

21. Бикбова Г. М. Зайнуллина Н. Б. Усубов Э. Л. Случай акантамебного кератита. Медицинский вестник Башкортостана 2012;7(6):93-95. Bikbova G. M. Zajnullina N. B. Usubov EH. L. Case of Acanthamoeba keratitis. Bashkortostan Medical Journal= Meditsinskiy vestnik Bashkortostana. 2012;7 (6): 93-95 (in Russ.)].

22. Abdulhalim B, Wagih MM, Gad AA, Boghdadi G, Nagy RR. Amniotic membrane graft to conjunctival flap in treatment of non-viral resistant infectious keratitis: a randomised clinical study. British Journal of Ophthalmology. 2015;99(1):59–63. doi:10.1136/bjophthalmol-2014-305224

23. Краснов М.М., Каспаров А.А., Ульянова Т.Ю., Фадеева Л.Л. «Полудан в лечении вирусных заболеваний глаза». М., 1990. Krasnov M.M., Kasparov A.A., Ul’yanova T.YU., Fadeeva L.L. Poludan in the treatment of viral diseases of the eye. Moscow, 1990 (in Russ.)].

24. Carnt N, Robaei D, Watson SL, Minassian DC, Dart JK. The Impact of Topical Corticosteroids Used in Conjunction with Antiamoebic Therapy on the Outcome of Acanthamoeba Keratitis. Ophthalmology. 2016;123(5):984-990. doi: 10.1016/j.ophtha.2016.01.020.

25. McClellan K, Howard K, Niederkorn JY, Alizadeh H. Effect of steroids on Acanthamoeba cysts and trophozoites. Investigative Ophthalmology and Visual Science. 2001;42:2885–2893.

26. Каспарова Евг.А. Гнойные язвы роговицы: клиника, диагностика, консервативное лечение. Вестник офтальмологии. 2015; 131(6):106-119. Kasparova Evg.A. Purulent corneal ulcers: clinic, diagnosis, conservative treatment. Annals of ophthalmology=Vestnik oftal’mologii. 2015;131(6):106-119 doi: 10.17116/oftalma2015131

Бепантен® Плюс — заживление ран

Інструкція для медичного застосування лікарського засобу Бепантен®


діюча речовина:  декспантенол, хлоргексидину дигідрохлорид; 
1 г крему містить декспантенолу 50 мг, хлоргексидину дигідрохлориду 5 мг; 
допоміжні речовини:  DL-пантолактон, спирт цетиловий, спирт стеариловий, парафін білий м’який, олія мінеральна, ланолін, поліетиленгліколю стеарат, вода очищена. 

Лікарська форма:

Основні фізико-хімічні властивості: гомогенний крем майже білого кольору зі слабким запахом

Фармакотерапевтична група:

Дерматологічні засоби. Антисептичні і дезінфікуючі засоби. Хлоргексидин, комбінації. Код АТХ D08A C52.

Фармакологічні властивості.

Хлоргексидину дигідрохлорид є антисептиком, який добре переноситься і чинить бактерицидну дію щодо грампозитивних бактерій, особливо до чутливих штамів Staphylococcus aureus – мікроорганізмів, які найчастіше пов’язані зі шкірними інфекціями. Меншою мірою хлоргексидину дигідрохлорид активний щодо грамнегативних патогенних мікроорганізмів. Деякі різновиди Pseudomonas і Proteus є стійкими до хлоргексидину. Він має слабку активність щодо грибків і не є активним щодо вірусів. 

Декспантенол, активний компонент препарату Бепантен® Плюс, у клітинах швидко перетворюється на пантотенову кислоту і діє як вітамін. Але декспантенол має перевагу, бо швидше, ніж пантотенова кислота, абсорбується при місцевому застосуванні. 

Пантотенова кислота є компонентом життєво необхідного коензиму А (СоА). У цій формі ацетилкоензим А (СоА) відіграє провідну роль у метаболізмі кожної клітини. Таким чином, пантотенова кислота є необхідною для формування і загоєння пошкоджених шкіри і слизових оболонок. 

Абсорбція хлоргексидину крізь непошкоджену шкіру не виявлена. У немовлят, яких купали у миючому 4 % розчині хлоргексидину глюконату, спостерігалися низькі концентрації хлоргексидину в крові (1 мкг/мл). Про поширення хлоргексидину в органах та тканинах відомо мало, тому що всмоктування через шкіру мінімальне. При пероральному призначенні 300 мг у здорових дорослих максимальний рівень плазмової концентрації, що становить 0,2 мкг/мл, можна визначати через 30 хвилин. 

Хлоргексидин після місцевого нашкірного застосування фактично не всмоктується у дорослих. Декспантенол швидко абсорбується шкірою. У клітинах шкіри швидко перетворюється на пантотенову кислоту та додається до ендогенних запасів цього вітаміну. Пантотенова кислота зв’язується з протеїнами плазми крові (переважно β-глобуліном та альбуміном). У здорових дорослих концентрація становить приблизно 500-1000 мкг/л і 100 мкг/л у крові та сироватці відповідно. Пантотенова кислота не розщеплюється в організмі і виводиться у незміненому вигляді. 60-70 % пероральної дози виводиться з сечею, решта – з калом. У дорослих із сечею екскретується 2-7 мг, у дітей – 2-3 мг на добу.

Клінічні характеристики

  • Поверхневі ураження шкіри будь-якого походження, при яких існує ризик інфікування: подряпини, порізи, розчіси, тріщини шкіри, опіки, гнійники, дерматит. 
  • Хронічні ураження шкіри, такі як трофічні виразки ніг та пролежні.
  • Інфекції шкіри, наприклад, вторинно-інфікована екзема та вторинно-інфікований нейродерміт.
  • Лікування тріщин сосків у жінок, які годують груддю.
  • Малоінвазивна хірургія: травми та хірургічні рани.

Підвищена чутливість до декспантенолу та/або хлоргексидину, або до будь-яких інших компонентів препарату. Заборонено наносити на перфоровану барабанну перетинку. 

Взаємодія з іншими лікарськими засобами та інші види взаємодій.

Хлоргексидин несумісний з омилювальними речовинами та іншими аніонними сполуками. Бепантен® Плюс не рекомендується застосовувати одночасно з іншими антисептиками, щоб запобігти їх взаємному впливу (протидії або інактивації). 

Особливості застосування

Слід уникати контакту з очима, вухами та слизовими оболонками. При потраплянні крему в очі їх треба промити водою. Бепантен® Плюс не рекомендується застосовувати для обробки подразнень шкіри, імовірність інфікування яких є низькою (наприклад, при сонячному опіку). У таких випадках рекомендується застосовувати Бепантен® крем. Не застосовувати при алергічних захворюваннях шкіри без інфекційних ускладнень. Великі за площею, сильно забруднені та глибокі рани, а також рани, що виникли від укусів та проколів, потребують лікарського втручання (існує небезпека правця). Якщо розміри рани протягом 10-14 днів залишаються великими або рана не загоюється, слід переглянути доцільність призначення препарату. Це необхідно також, якщо має місце сильна перифокальна гіперемія, рана набрякає, з’являється сильний біль, посилюється гнійна ексудація або ушкодження супроводжується гарячкою (небезпека сепсису). Препарат не застосовувати для лікування інфікованих ран з рясною гнійною ексудацією. Якщо симптоми зберігаються або стан погіршується – слід звернутися до лікаря.

Застосування у період вагітності або годування груддю.
У ході досліджень репродуктивних функцій у тварин не виявлено будь-якого ризику для плода. Однак у період вагітності не слід застосовувати препарат Бепантен® Плюс на великих поверхнях, оскільки дані щодо контрольованих досліджень у вагітних жінок відсутні.

Препарат можна застосовувати жінкам у період годування груддю, але слід запобігати застосуванню на великі поверхні шкіри. Якщо препарат застосовувати для лікування тріщин сосків, перед годуванням груддю його слід змити.

Здатність впливати на швидкість реакції при керуванні автотранспортом або іншими механізмами.

Не впливає.

Спосіб застосування та дози

Дорослим і дітям віком від 1 року
препарат наносити 1 або кілька разів на добу, залежно від необхідності, на попередньо очищені уражені ділянки шкіри. Добова доза при багаторазовому застосуванні не має перевищувати 5 г крему. У разі необхідності можна застосувати пов’язки. Частота нанесення крему та тривалість лікування визначається за рекомендацією лікаря індивідуально, залежно від клінічних ознак пошкодження шкіри. Слід уникати застосування на великі ділянки шкіри. 

Діти: Препарат застосовувати дітям віком від 1 року. 


При місцевому застосуванні препарату випадки передозування невідомі. Декспантенол, навіть у високих дозах, добре переноситься та вважається нетоксичним. Гіпервітаміноз невідомий. Описане підвищення рівня амінотрансферази після самоотруєння хлоргексидином. Часто після повторного місцевого застосування на ті самі ділянки шкіри може виникати її подразнення. Препарат призначений для лікування поверхневих пошкоджень шкіри. Слід уникати застосування на великі ділянки шкіри.

Побічні реакції

З боку імунної системи, а також шкіри та підшкірних тканин: Алергічні реакції, у тому числі алергічні реакції шкіри, такі як контактний дерматит, алергічний дерматит, свербіж, еритема, відчуття печіння, екзема, висипання, кропив’янка, набряк, подразнення шкіри, пухирці. Гіперчутливість, анафілактичні реакції та анафілактичний шок (що потенційно загрожує життю) з відповідними лабораторними та клінічними проявами, що включають синдром астми, реакції від легкого до помірного ступеня, які потенційно вражають шкіру, дихальну систему, шлунково-кишковий тракт, серцево-судинну систему, включаючи серцево-дихальну недостатність. 

Термін придатності

3 роки.

Умови зберігання

Зберігати при температурі не вище 25 ºС. Зберігати у недоступному для дітей місці.


По 3,5 г, або по 30 г або 100 г у тубі. По 1 тубі у картонній коробці.

Категорія відпуску

Без рецепта.


ГП Грензах Продуктіонс ГмбХ, Німеччина/
GP Grenzach Produktions GmbH, Germany.

Місцезнаходження виробника та його адреса місця  провадження діяльності

Еміл-Барелль-Штраcсе 7, 79639 Грензах-Вілєн, Німеччина/
Emil-Barell-Strasse 7, 79639 Grenzach-Wyhlen, Germany.


Байєр Консьюмер Кер АГ, Швейцарія/
Bayer Сonsumer Care AG, Switzerland

Місцезнаходження заявника

Петер Меріан-Штрассе 84, 4052 Базель, Швейцарія/
Peter Merian-Strasse 84, 4052 Basel, Switzerland.

Хлоргексидин-Фармекс суппозитории вагинальные 16мг №10 инструкция, цена, описание


для медичного застосування препарату






Склад лікарського засобу:

діюча речовина: хлоргексидин;

1 песарій  містить хлоргексидину біглюконат, 20 % розчин, що відповідає хлоргексидину 16 мг;

допоміжна речовина: поліетиленоксид.


Лікарська форма. Песарії.


Песарії від білого до білого з жовтуватим відтінком кольору, допускається мармуровість поверхні. Допускається наявність воронкоподібного поглиблення і повітряного стрижня.


Назва і місцезнаходження виробника. ТОВ«ФАРМЕКС ГРУП».

Україна, 08300, Київська обл., м. Бориспіль, вул. Шевченка, 100.


Фармакотерапевтична група.

Протимікробні та антисептичні  засоби, що застосовуються в гінекології.

Код АТС G01A X.


Хлоргексидину біглюконат чинить швидку та виражену дію на грампозитивні та грамнегативні бактерії, дріжджі та дерматофіти: Treponema pallidum, Chlamidia spp., Ureaplasma spp., Neisseria gonоrrhоeae, Trichomonas vaginalis. До препарату слабко чутливими є  деякі штами Pseudomonas spp., Proteus spp. Не чутливі до препарату кислотостійкі форми бактерій, спори бактерій, гриби, віруси.

При інтравагінальному застосуванні практично не всмоктується, системної дії не чинить.


Показання для застосування.

Профілактика венеричних захворювань (сифіліс, гонорея, трихомоніаз, хламідіоз, уреаплазмоз) та інфекційно-запальних ускладнень у акушерстві та гінекології (перед оперативним лікуванням гінекологічних захворювань, перед пологами та абортом, до та після встановлення внутрішньоматкової спіралі, до та після діатермокоагуляції шийки матки, перед внутрішньоматковими дослідженнями).

Лікування бактеріального вагінозу, кольпіту, ерозії шийки матки.




Індивідуальна підвищена чутливість до компонентів препарату.


Особливі застереження.

Застосування у період вагітності або годування груддю.

Не протипоказано.


Здатність впливати на швидкість реакції при керуванні автотранспортом або роботі з іншими механізмами.

Не впливає.



Досвіду застосування немає.


Спосіб застосування та дози.

Препарат застосовують інтравагінально. Перед застосуванням песарій звільняють від контурної упаковки.

Лікування: застосовують по 1 песарію 2 рази на добу протягом 7 – 10 днів залежно від характеру захворювання. За необхідності можливе продовження курсу лікування до 20 днів.

Профілактика венеричних захворювань: застосовують одноразово по 1 песарію не пізніше ніж через 2 години після статевого акту.

Вагітність. Зважаючи на ступінь вираженості інфекційного процесу, дані бактеріологічних досліджень, явищ загрози переривання вагітності хлоргексидину біглюконат застосовують по 1 песарію 1 або 2 рази на день як монотерапію або у складі комплексної терапії. Тривалість застосування – від 5 до 10 днів.

При годуванні груддю препарат застосовують у звичайних рекомендованих дозах.



Передозування та токсичні ефекти при застосуванні препарату не виявлені.


Побічні ефекти.

Можливі алергічні реакції, свербіж у місці введення супозиторія.


Взаємодія з іншими лікарськими засобами та інші види взаємодій.

Хлоргексидину біглюконат не можна застосовувати разом з детергентами, які містять аніонну групу (сапоніни, натрію лаурилсульфат, натрію карбоксиметилцелюлоза), а також з милом.


Термін придатності.



Умови зберігання.

Зберігати в оригінальній упаковці при температурі не вище 25 оС.

Зберігати у недоступному для дітей місці.



По 5 песаріїв у стрипі, по 2 стрипи в пачці.


Категорія відпуску.

Без рецепта.

Жидкость для полоскания рта с хлоргексидином как дополнение к механической терапии при хроническом пародонтите: метаанализ

Задний план: С помощью систематического обзора литературы авторы оценили использование жидкости для полоскания рта с хлоргексидином (CHX) в качестве дополнения к механической пародонтальной терапии при хроническом пародонтите.

Типы рассмотренных исследований: Авторы провели систематический поиск с использованием PubMed (MEDLINE), Scopus, Научной электронной библиотеки в Интернете и Кокрановского центрального регистра контролируемых исследований.Авторы отобрали рандомизированные контролируемые клинические испытания, в которых исследователи оценивали глубину зондирования (PD) и уровень клинического прикрепления (CAL) в испытуемых группах с использованием CHX в качестве адъюванта и в контрольных группах, подвергавшихся механической пародонтальной терапии (скейлинг и полировка корня). SRP] 4-6 посещений или 24 часа).

Результаты: Поиск литературы привел к 8 статьям, качество которых авторы оценили.После тестирования на гетерогенность авторы провели метаанализ только в группе SRP с 4-6 посещениями. Результаты были положительными как для PD, так и для CAL с использованием CHX. Однако суммарный показатель был значимым (P <0,05) только для PD в период от 40 до 60 дней (0,33 мм; 95% доверительный интервал, от 0,08 до 0,58 мм) и 180 дней (0,24 мм; 95% доверительный интервал, от 0,02 до 0,47). мм) последующего наблюдения, показывающего положительные результаты использования CHX в то время. Хотя эти различия были статистически значимыми, их можно интерпретировать как клинически незначительные.

Выводы и практические выводы: Дополнительное использование ополаскивателя для полости рта CHX с механическим SRP привело к несколько большему снижению PD, чем при использовании только SRP. Клиницисты должны учитывать небольшой дополнительный выигрыш в снижении PD, незначительное влияние на CAL и возможность окрашивания зубов при использовании CHX в качестве дополнения к SRP при лечении хронического периодонтита.

Ключевые слова: Хлоргексидин; хронический пародонтит; уровень клинической привязанности; жидкость для полоскания рта; заболевания пародонта; пародонтальный карман; пародонтальная терапия; пародонтит; рекомендации по практике; регулярный обзор.

Оценка возможности непреднамеренных микробных последствий обычных ванн с хлоргексидином для профилактики инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи | Клинические инфекционные болезни


Несмотря на растущее использование CHG, устойчивые к метициллину изоляты S. aureus (MRSA) с повышенными MIC и/или генами qacA/B редко появлялись (<1%) в условиях США, где применяются стратегии деколонизации CHG. были реализованы [34–36]. Для сравнения, глобальная распространенность генов qacA/B у S.aureus колеблется от 10 % до 80 % в странах, где использование CHG, но не обязательно рутинное купание с CHG, является стандартной практикой [32, 37–41]. Этот широкий диапазон может быть связан с исходными различиями в MDRO и различиями в методологии исследования, включая периоды исследования.

Еще предстоит установить, действительно ли сниженная восприимчивость к CHG или повышенная распространенность генов антисептического оттока вызваны рутинным использованием CHG. Это изучалось во вторичном анализе клинических испытаний, оценивающих эффективность CHG для снижения HAI или деколонизации MDRO.В большинстве из них исследование изолятов не продемонстрировало значительных изменений МПК ХГ [4, 7, 11, 29] и/или распространенности гена qacA/B [24, 29, 35] во время или после периодов деколонизации ХГГ. реализации [4, 11, 29, 35] и/или по сравнению с контрольными рычагами без CHG [7, 24, 29, 35, 42, 43]. Примером этого является анализ 3173 изолятов в 16 штатах из исследования REDUCE-MRSA [29]. Из 3173 изолятов только 2 имели повышенные значения MIC CHG, а 5 из 814 изолятов содержали qacA/B, из которых были идентифицированы только в группе деколонизации CHG [29].

Вышеупомянутые исследования, как правило, являются многоцентровыми или многокомпонентными кластерными рандомизированными или перекрестными исследованиями с большим числом участников в исследуемых группах. Хотя результаты указывают на незначительное снижение или отсутствие значительного снижения чувствительности или увеличение генов qacA/B среди исследуемых изолятов, необходимо признать некоторые ограничения. В некоторых исследованиях время сбора изолята могло совпадать с моментом включения пациентов в исследование, и, таким образом, эти пациенты подвергались небольшому воздействию ХГГ.Кроме того, периоды использования и/или наблюдения могли быть слишком короткими, чтобы зафиксировать появление сниженной чувствительности к CHG или увеличение генов qacA/B .

Обсервационные исследования были проведены для изучения восприимчивости к ХГ и/или распространенности qacA/B или других генов помпы оттока среди изолятов S. aureus после введения рутинного купания в ХГГ или в периоды времени, когда продолжалось купание в ХГГ. В этих исследованиях временные рамки, в которых авторы исследовали изменения, варьируются (некоторые из них восходят еще к 1920-м годам [30]), как и результаты.Некоторые не обнаружили каких-либо изменений в MIC CHG после рутинного применения CHG [44] или выявили нелинейные изменения в qacA/B генов с течением времени, несмотря на увеличивающееся распространение купания CHG [45, 46]. Другие обнаружили увеличение присутствия гена MIC/MBC и/или qacA/B с течением времени или при сравнении изолятов до и после эпохи CHG [27, 28, 30, 47]. Чжан и др. [48] ​​обнаружили более высокую распространенность qacA/B среди изолятов от медицинских работников по сравнению с немедицинскими работниками (контрольная группа, не подвергавшаяся воздействию ХГ), несмотря на аналогичные показатели Staphylococcus spp.перевозка. Однако изменения в MIC/MBC не всегда коррелировали с изменениями в присутствии qacA/B в некоторых из вышеупомянутых исследований [27, 28, 30, 45]. В то время как MIC/MBCs являются несовершенными показателями профилирования чувствительности к CHG, приведенные выше результаты ставят под сомнение значимость продемонстрированного повышения скорости qacA/B .

Среди обсервационных исследований, посвященных изучению нестафилококковых бактерий, сообщалось о повышении МПК ХГ среди организмов, вызывающих внутривенные катетер-ассоциированные инфекции кровотока (в основном устойчивые к ванкомицину Enterococcus [VRE]) [49] или устойчивые к антибиотикам Acinetobacter baumannii при реализация протоколов деколонизации CHG [50].Однако вышеуказанные исследования были одноцентровыми и включали ограниченное количество изолятов.

Хотя данные наблюдений неубедительны, было обнаружено, что эксперименты in vitro, подвергающие бактерии воздействию субингибирующих концентраций CHG, которые, как предполагается, имитируют остаточную концентрацию на коже после использования, вызывают повышение МПК CHG. Это было продемонстрировано среди MRSA [37], VRE [51], A. baumannii [52], Pseudomonas spp. [53, 54] и Klebsiella pneumoniae [55, 56].Кроме того, было обнаружено, что воздействие субингибирующих концентраций CHG индуцирует экспрессию qacA [23].

Несмотря на эти данные, следует иметь в виду, что ХГГ является местным антисептическим средством, наносимым непосредственно на кожу, благодаря чему достигаются локальные концентрации в коже, которые значительно превышают зарегистрированные МИК (0,25–16 мкг/мл против 10  000–40  000 мкг/мл). Следовательно, клиническое значение слегка повышенных МИК неясно, особенно по сравнению с концентрацией, достижимой на коже [57, 58].Даже среди грамотрицательных бактерий с множественной лекарственной устойчивостью, которые имеют значительно более высокие МПК, чем грамположительные организмы [21], сообщалось, что концентрация CHG в коже 128 мкг/мл обеспечивает защиту от колонизации кожи [8].

Примечательно, что достижимая концентрация на коже может варьироваться в зависимости от используемых продуктов, содержащих CHG, методов нанесения и места на теле [57–60]. Более низкие концентрации ХГ в коже были обнаружены при использовании 4% мыла ХГГ по сравнению с пропитанной 2% ХГГ полиэфирной одеждой [57, 60] и у пациентов при ополаскивании водой после ванны с раствором ХГ (4% ХГГ в теплой воде) по сравнению с без полоскания и предварительно пропитанные ткани ХГГ [59].Точно так же в области шеи были обнаружены более низкие концентрации CHG и более высокое количество микробных колоний по сравнению с другими участками [58]. Наконец, используя колориметрический анализ для определения концентрации CHG в коже, исследователи обнаружили субоптимальные концентрации, которые улучшились благодаря обратной связи и переобучению медицинского персонала [15]. Другая группа исследователей обнаружила низкую бионагрузку MDRO на коже независимо от концентрации ХГ в коже [61].

Доказательства клонирования изолятов с генами CHG qacA/B в результате воздействия CHG ограничены [62, 63].Разнообразные исследования, проведенные в разных условиях и во множестве стран, показывают, что изоляты с генами qacA/B относятся к разным линиям и имеют разные типы последовательностей [25, 27, 28, 32, 35, 37, 45, 46]. В большинстве исследований использовались старые методы типирования, поэтому для подтверждения и дальнейшего разрешения необходимы дальнейшие геномные исследования [30].


Сообщения о неудачной деколонизации в условиях повышенной сниженной восприимчивости к CHG или генов qacA/B ограничены. В литературе описано всего несколько случаев, несмотря на широкое использование ХГ в здравоохранении на протяжении более 50 лет [38, 70, 71].

Исследователи из Швейцарии обнаружили, что присутствие гена qacA/B было значительно выше среди пациентов, которым не удалось провести деколонизацию по поводу MRSA (5 дней назального мупироцина и 7 дней купания с CHG).При многопараметрическом анализе неудача деколонизации была связана с qacA/B в сочетании с низким уровнем устойчивости к мупироцину; qacA/B сам по себе не был связан с неудачей деколонизации [71]. Более того, низкая устойчивость к мупироцину ранее была связана с неудачей деколонизации [10]. В отделении интенсивной терапии (ОИТ) Великобритании внедрение антисептического протокола на основе CHG (среди других последовательных вмешательств) привело к продолжению передачи изолятов, содержащих qacA/B (некоторые с повышенным содержанием CHG MBC), в то время как передача штаммов MRSA которые не несли qacA/B , уменьшились.Авторы пришли к выводу, что использование рутинного CHG могло привести к выбору этого «вспышечного» штамма. Однако этот вывод противоречит другим исследованиям, в которых типирование изолятов из мест с высоким использованием ХГ не выявило признаков клональной селекции [25, 27, 28, 32, 35, 37, 45, 46]. При вспышке 6 генетически родственных KPC-продуцирующих изолятов K. pneumoniae в отделении интенсивной терапии, где пациентов регулярно купали с CHG, у некоторых из изолятов было обнаружено увеличение MBC CHG.Однако не все пациенты, вовлеченные в вспышку, регулярно промывались ХГ [69]. Более того, эффективность ХГЧ для деколонизации грамотрицательных бактерий остается спорной [8], и изоляты K. pneumoniae ST258 с множественной лекарственной устойчивостью могли иметь de novo повышенные МИК ХГГ до воздействия [56], что иллюстрирует эволюцию этого типа последовательности для адаптации к больничная среда [72]. Кроме того, хотя селекция устойчивости может иногда происходить на уровне пациента, вероятность последующей перекрестной передачи (между родами бактерий или пациентами) определяет, станет ли такая устойчивость распространенной и, следовательно, проблематичной [73].

Влияет ли наличие повышенных МПК CHG и/или присутствие гена qacA/B на результаты лечения, неизвестно. Данные по этой теме ограничены 3 исследованиями, проведенными в том же педиатрическом центре, где проводилось долгосрочное проспективное наблюдательное исследование S. aureus . Эти исследования, сравнивающие клинические характеристики и исходы среди пациентов, инфицированных qacA/B -содержащими изолятами MRSA, по сравнению с qacA/B -отрицательными изолятами, продемонстрировали увеличение использования центральной линии и бактериемию в группе qacA/B .Это, вероятно, отражает использование CHG в централизованной помощи. Различий в смертности между группами не было [45, 47, 74]. В тщательном тематическом исследовании Johnson et al. [70] сообщили о рецидивирующей инфекции MRSA у солдата, участвовавшего в проспективном кластерном рандомизированном исследовании, направленном на профилактику инфекций кожи и мягких тканей (ИКМТ). Несмотря на то, что пациент еженедельно принимал ванну с ХГГ, у него развилась вторая инфекция кожи и мягких тканей, вызванная MRSA. Первый клинический изолят пациента был qacA/B отрицательным.Второй клинический изолят был положительным в отношении qacA, , который содержался на большой неохарактеризованной плазмиде, и имел небольшое увеличение CHG MIC (0,3–0,8 мкг/мл), а также устойчивость к фторхинолонам. Хотя авторы пришли к выводу, что выбор этого второго штамма был вторичным по отношению к использованию CHG, секвенирование всего генома выявило более 140 различий в однонуклеотидных полиморфизмах между двумя изолятами, предполагая, что эти два изолята были генетически различными [70]. В отчете не было предоставлено никакой информации об основных факторах риска, ведущих к повторному заражению MRSA.


Candida auris — это недавно возникший нозокомиальный дрожжевой грибок с множественной лекарственной устойчивостью, который может вызывать инвазивные инфекции, колонизировать кожу человека в течение длительного времени и сохраняться в сухой, неодушевленной больничной среде. Эффективность CHG в снижении бионагрузки C.auris на коже пациентов еще предстоит увидеть. Хлоргексидина глюконат обладает активностью в отношении планктонных и сидячих форм C. auris [83]. Однако активность CHG, по-видимому, значительно ниже, чем у C. albicans , и эффект зависит от концентрации CHG [84]. Кроме того, MIC CHG выше среди C. auris , чем у большинства видов Candida [85].

Некоторые сообщают о продолжающихся вспышках, несмотря на использование CHG для деколонизации.Во время вспышки в отделении интенсивной терапии в неврологии, связанной с многоразовым оборудованием, средняя продолжительность колонизации C. auris составила 2–3 месяца. И это несмотря на то, что все пациенты в отделении подвергались обычному купанию с ХГГ мочалками с 2% ХГ [86]. Аналогичным образом, у жителей учреждения квалифицированного ухода в Чикаго была обнаружена постоянная колонизация C. auris в течение длительных периодов времени, несмотря на обычное купание с ХГ [87]. А при продолжающейся вспышке C. auris пациентам дважды в день делали купание с ХГГ и использовали защитные диски, пропитанные ХГГ, что не уменьшило вспышку [88].Повторная колонизация из окружающей среды или других колонизированных пациентов была постулирована для объяснения этих результатов по сравнению с постоянной колонизацией кожи [89].

73″ data-legacy-id=»n1″> Примечания

Отказ от ответственности. Представленные здесь результаты и выводы принадлежат авторам и не обязательно отражают официальную позицию Центров по контролю и профилактике заболеваний.

Финансовая поддержка. M.K.H частично поддерживается Соглашением о сотрудничестве Центров по контролю и профилактике заболеваний U54 CK000481.

Возможные конфликты интересов. М.К. Х. сообщает о грантах от Clorox и является соисследователем исследовательских проектов для Sage/Stryker Inc, Molnycke, Medline и Clorox. Все остальные авторы сообщают об отсутствии потенциальных конфликтов. Все авторы представили форму ICMJE для раскрытия потенциальных конфликтов интересов. Выявлены конфликты, которые редакция считает относящимися к содержанию рукописи.

Очищение пуповины новорожденных хлоргексидином: систематический обзор

Учитывая ограничения двух недавно опубликованных систематических обзоров 12, 14 (см. раздел «Введение»), результаты настоящего обзора имеют большое значение как для медицинских работников, так и для политики производители.Объединенный анализ с помощью модели FE выявил значительное снижение ЯМР после нанесения хлоргексидина на пуповину. Однако сводная оценка по модели RE не дала значимого результата. Расхождение между двумя оценками было связано со значительной неоднородностью, наблюдаемой между включенными исследованиями ( I 2 = 69,2%). Мы не наблюдали каких-либо признаков серьезной клинической гетерогенности, таких как различия в условиях исследования, популяции, вмешательстве или в переменной результата между тремя исследованиями на уровне сообщества, которые способствовали> 99% веса в объединенном анализе.Статистическая неоднородность, которая привела к расхождению, также связана с разницей в величине, а не в направлении размеров эффекта отдельных исследований (рис. 2). С учетом этих соображений, а также того факта, что оценка RE не отражает фактического эффекта в какой-либо конкретной изучаемой популяции, 25 объединенных RR по модели FE можно рассматривать как наилучшую оценку «реального» эффекта. Соответственно, можно ожидать, что применение хлоргексидина для пуповины снизит ЯМР примерно на 15% (RR 0.85; 95% ДИ от 0,76 до 0,95) у младенцев, рожденных в условиях, сопоставимых с условиями исследования. Также было обнаружено, что вмешательство снижает заболеваемость омфалитом почти на 30% (рис. 3).

Оправдывают ли эти положительные эффекты применения хлоргексидина изменения текущих рекомендаций по уходу за пуповиной у новорожденных? На этот вопрос ответили Осрин и Хилл 26 в своей редакционной статье об очищении пуповины хлоргексидином: «….если необходимость ясна, возможности привлекательны, а риск низок, сколько доказательств необходимо, прежде чем мы будем действовать на основании правдоподобных результатов?» .Однако это означало бы изменение парадигмы от существующей политики лечения сухой пуповины к рутинному применению хлоргексидина у младенцев, рожденных в любых условиях по всему миру. Кроме того, это будет иметь огромные последствия с точки зрения затрат и рабочей силы, необходимой для осуществления вмешательства, особенно в условиях развивающихся стран.

Имеющиеся в настоящее время доказательства имеют три основных ловушки. Во-первых, низкая обобщаемость результатов. Три внебольничных испытания из Южной Азии, на долю которых приходится почти весь вес объединенного анализа, проводились в условиях с высоким ЯМР (⩾30 на 1000 живорождений в контрольной группе) и одинаково низким уровнем родов в учреждениях.В двух исследованиях сообщалось о высокой распространенности негигиеничных методов ухода за пуповиной, таких как нанесение масла, золы и т. д. 9, 11 Интересно, что эти исследования показали значительное влияние как на ЯМР, так и на омфалит, 9, 11 , в то время как третье исследование, в котором сообщается о низкой распространенности (<7%) этих практик, не показало никакой пользы ни в одном из этих методов. результаты (рис. 2 и 3). 10 В четвертом исследовании, проведенном в больнице Индии с возможно низким уровнем негигиеничных методов ухода за пуповиной, также был высокий базовый уровень ЯМР в контрольной группе (57.1 на 1000 живорождений). 16 Это исследование не выявило существенного снижения риска смертности или омфалита, но показало снижение частоты сепсиса с положительным посевом. Ясно, что результаты этих условий с высоким риском нельзя обобщать на условия с низким ЯМР или с высокими показателями родов в учреждениях.

Во-вторых, величина снижения ЯМР после вмешательства была лишь незначительной, примерно на 15% (рис. 2). Вероятно, это завышенная оценка «реального» эффекта, поскольку мы могли скорректировать размеры эффекта отдельных исследований только для дизайна кластера, а не для других потенциальных искажающих факторов.Напротив, опубликованные результаты не-ITT-анализа кластерных РКИ показали гораздо более высокую пользу, предполагаемое снижение варьировалось от 20% до 38% (за исключением группы многократного применения в одном исследовании, которое не показало значительного эффекта). 10 Неудивительно, что Кокрановский обзор, в который были включены эти испытания, также обнаружил снижение ЯМР на 23% при применении хлоргексидина. 14 Это несоответствие связано с различными методами анализа, использованными в текущем обзоре, по сравнению с отдельными исследованиями.Хотя мы использовали данные обо всех младенцах в рандомизированных кластерах, исследователи проанализировали данные только о тех младенцах, которых исследовательская группа наблюдала в первые 7-10 дней 9, 10 и/или родившихся дома и давших согласие принять участие в исследовании. 11 Последний подход, также принятый авторами двух систематических обзоров, 12, 14 , имеет существенные недостатки. Во-первых, это не настоящий ITT-анализ, так как многие младенцы были исключены после рандомизации. В кластерном РКИ все младенцы, рожденные в рандомизированных кластерах, считаются субъектами исследования, независимо от того, получали они вмешательство или нет.Исходы всех этих младенцев должны быть приняты во внимание при анализе ITT. 27, 28 Включение всех зарегистрированных младенцев снизит риск систематической ошибки при отборе. В отличие от подхода, принятого исследователями исследования, нельзя надежно исключить риск дифференцированного набора между группами. Во-вторых, методы анализа, используемые авторами исследования, ложно завышают величину снижения неонатальной смертности, исключая случаи смерти, которые произошли до визита исследовательской группы.Хотя смерть в первые несколько дней жизни чаще всего связана с перинатальной асфиксией и недоношенностью, более поздние смерти вызваны преимущественно сепсисом. Таким образом, исключение случаев ранней смерти усилило бы влияние вмешательства на оставшиеся случаи смерти в более позднем неонатальном периоде. Величина снижения неонатальной смертности, зарегистрированная в отдельных исследованиях (от 20 до 38%), 9, 10, 11 фактически относится к смертям, произошедшим после первых 1 или 2 дней жизни, а не к общему ЯМР.Около половины всех неонатальных смертей приходится на первые 2 дня жизни. 29

В-третьих, мало данных о безопасности применения хлоргексидина у новорожденных, особенно у недоношенных. Ни в одном из исследований не оценивали влияние вмешательства на долгосрочные исходы развития нервной системы. Данных о всасывании хлоргексидина из пуповины или кожи у новорожденных недостаточно. Обзоры, в которых измерялись уровни в сыворотке после применения хлоргексидина на всем теле, пришли к выводу, что некоторая чрескожная абсорбция происходит у недоношенных новорожденных. 30, 31 Несмотря на то, что риск абсорбции при наложении шнура невелик, его нельзя полностью исключить.

Последствия для политиков

Вышеупомянутые подводные камни указывают на то, что соотношение риск-польза вмешательства, вероятно, различается для младенцев, рожденных в разных условиях. Учитывая, что применение хлоргексидина снижает ЯМР примерно на 15%, лица, определяющие политику, и другие заинтересованные стороны в условиях с высоким ЯМР, скорее всего, придадут вмешательству большое значение даже при отсутствии данных о результатах безопасности.С другой стороны, те, кто находится в условиях с низким ЯМР (<30 на 1000 живорождений) и/или в условиях с высоким уровнем родов в учреждениях, вероятно, будут настроены скептически, учитывая отсутствие доказательств эффективности и безопасности вмешательства в их обстоятельствах.

Значение для исследователей

Существует настоятельная необходимость оценить влияние применения хлоргексидина в условиях низкого ЯМР и родов в специализированных учреждениях в условиях высокого ЯМР. Два продолжающихся испытания в Африке могут предоставить необходимые доказательства для этого региона. 14, 29 Они также должны помочь понять региональные различия, если таковые имеются, в эффективности вмешательства. Учитывая, что вмешательство потенциально может снизить частоту сепсиса с положительным посевом у новорожденных, рожденных в больнице, существует необходимость в крупных многоцентровых исследованиях, в которых оценивали бы эффект применения хлоргексидина для пуповины при родах в медицинских учреждениях. Будущие исследования также должны изучить оптимальную частоту применения хлоргексидина в условиях высокого ЯМР. В настоящем обзоре было обнаружено, что многократное применение хлоргексидина снижает ЯМР, в то время как однократное применение не показало каких-либо значительных преимуществ.Однако в одном испытании с небольшим размером выборки изучался эффект от однократного применения, тогда как в трех исследованиях оценивалась эффективность многократного применения. Также необходимо тщательно документировать безопасность результатов применения хлоргексидиновой нити, когда она применяется в более широком масштабе.

Сильные и слабые стороны

Мы попытались обобщить и обновить данные об очищении пуповины хлоргексидином, одном из немногих вмешательств, которые в последнее время показали влияние на неонатальную смертность.Мы использовали строгую методологию, которая сводит к минимуму риск систематической ошибки в анализе, чтобы обеспечить «истинную» оценку эффекта вмешательства. Поскольку у нас не было информации об исходах младенцев, выбывших из-под наблюдения, метод анализа мог не квалифицироваться как ITT. Альтернативные подходы в таком сценарии заключаются в условном исчислении значений с предположениями об окончательных результатах или в использовании «доступного анализа конкретных случаев». Учитывая проблемы, связанные с первым методом, Кокрейновский справочник рекомендует второй подход. 17

Настоящий обзор имеет много ограничений. Во-первых, мы не использовали RR, скорректированные для всех потенциальных искажающих факторов в объединенном анализе, поскольку мы не могли получить эту информацию от исследователей исследования. Точно так же нам пришлось использовать ОР омфалита, полученные не-ITT-анализом, а не ITT-анализом. Следовательно, объединенные размеры эффекта как ЯМР, так и омфалита, вероятно, будут завышенной оценкой реального эффекта. Во-вторых, мы не смогли установить эффект вмешательства в заранее определенных подгруппах, таких как негигиеничные методы ухода за пуповиной по сравнению с уходом за сухой пуповиной, а также настройки с высоким ЯМР по сравнению с настройками с низким ЯМР из-за отсутствия адекватной информации.Этот анализ мог бы помочь определить группу новорожденных, которые с большей вероятностью получат пользу от вмешательства. В-третьих, мы объединили данные двух групп вмешательства — многократное и однократное применение хлоргексидина — в исследовании из Бангладеш 10 , а затем использовали их в объединенном анализе вторичного результата, времени до отделения пуповины. Этот метод мог привести к ложно узким доверительным интервалам и, следовательно, к большему весу для этого исследования. Однако это было неизбежно, учитывая характер вмешательств, использованных в исследовании.

Дифференциальное действие хлоргексидина на клеточную стенку Bacillus subtilis и Escherichia coli


Хлоргексидин представляет собой дезинфицирующее средство на основе хлорфенолов, обычно используемое в жидкостях для полоскания рта из-за его действия против бактерий. Однако сравнительное исследование действия хлоргексидина на морфологию клеток грамположительных и грамотрицательных бактерий отсутствует. В этом исследовании действие хлоргексидина на морфологию клеток определяли с помощью электронной микроскопии.После воздействия хлоргексидином многочисленные пятна вдавливания на клеточной стенке были обнаружены как у Bacillus subtilis , так и у Escherichia coli. Количество пятен вдавливания увеличивалось со временем инкубации и увеличением концентрации хлоргексидина. Интересно, что вмятины, обнаруженные у B. subtilis , появлялись в основном на полушаровидных крышках клеток, тогда как у E. coli вмятины были обнаружены на всех клетках. После длительного воздействия хлоргексидина наблюдалась утечка клеточного содержимого и последующие клетки-призраки, особенно из B subtilis .С помощью анализа 2-D гель/МС-МС пять белков, связанных с взаимопревращением пуриновых нуклеозидов и метаболизмом, были преимущественно индуцированы в клеточной стенке E. coli , в то время как три белка, связанных с реакцией на стресс, и четыре других белка с биосинтезом аминокислот были индуцированы. активируется в материалах клеточных стенок B. subtilis . Локализованные морфологические повреждения вместе с биохимическим и белковым анализом клеток, обработанных хлоргексидином, позволяют предположить, что хлоргексидин может действовать на дифференциально распределенные липиды в клеточных мембранах/стенках B.subtilis и Е. coli .

Образец цитирования: Cheung H-Y, Wong MM-K, Cheung S-H, Liang LY, Lam YW, Chiu SK (2012) Дифференциальное действие хлоргексидина на клеточную стенку Bacillus subtilis и Escherichia coli . ПЛОС ОДИН 7(5): е36659. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0036659

Редактор: Тарек Мсадек, Институт Пастера, Франция

Получено: 18 июля 2011 г.; Принято: 11 апреля 2012 г.; Опубликовано: 11 мая 2012 г.

Авторские права: © 2012 Cheung et al.Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Финансирование: Работа, описанная в этой статье, была частично поддержана грантом Городского университета Гонконга (проект № 7002714). Для этого исследования не было получено дополнительного внешнего финансирования. Спонсоры не участвовали в разработке исследования, сборе и анализе данных, принятии решения о публикации или подготовке рукописи.

Конкурирующие интересы: Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.


Хлоргексидин (CHX) является одним из наиболее предпочтительных вариантов среди всех используемых в настоящее время дезинфицирующих средств. Сообщалось, что CHX эффективен для предотвращения и контроля инфекционных заболеваний полости рта, убивая бактерии в слюне и на языке [1]; тем не менее, он имеет мало нежелательных эффектов [2]. Кроме того, он является бактерицидным средством широкого спектра действия против грам (+) и (-) бактерий и грибков [3], [4].Учитывая, что хлоргексидин обладает сильной антимикробной активностью, но относительно низким уровнем токсичности для клеток млекопитающих [5], [6], он считается наиболее полезным и безопасным дезинфицирующим средством. Его склонность связываться с поверхностью тканей обеспечивает длительный антимикробный эффект [7]. Это свойство CHX также делает его пригодным для использования в качестве консерванта в некоторых фармацевтических или медицинских продуктах, таких как офтальмологические растворы, а также в качестве дезинфицирующего средства для медицинских инструментов и твердых поверхностей.

В последние годы активно изучалось влияние хлоргексидина на бактерии.К ним относятся исследования его эффективности в программе очистки и дезинфекции [7], профилактики заболеваний пародонта [8] и др. Хотя сообщалось об антимикробной активности in vivo и in vitro CHX, точный механизм действия CHX на бактерии и различия в активности на грамположительные и -отрицательные бактерии до сих пор не очень ясны. Обычно считается, что катионный CHX взаимодействует с анионным фосфатным остатком молекул липидов в клеточной мембране путем адсорбции.Было высказано предположение, что CHX обходит механизм исключения клеточной стенки, проникает в цитоплазматическую мембрану, вызывая утечку низкомолекулярных компонентов через клеточную мембрану, и осаждает содержимое цитоплазмы посредством образования комплексов с фосфатными фрагментами [9], [10]. И все же не было сделано никакого различия в его действии на грамположительные и грамотрицательные бактерии.

В этом исследовании мы обнаружили, что CHX индуцирует образование вмятин на клеточной стенке как грамположительных, так и грамотрицательных бактерий.Выявлено, что вмятины локализованы больше в полярной области у B. subtilis , тогда как у E. coli пятна равномерно распределены вдоль тела клетки. CHX нарушил клеточные стенки бактерий и привел к утечке их клеточного содержимого.

Материалы и методы

1. Бактериальные штаммы, химические вещества и растворы биоцидов

На протяжении всего исследования использовались

E. coli ATCC 10536 и B. subtilis 60015.Хлоргексидин (CHX) и гексаметилдисилазан (HMDS) были приобретены у Sigma-Aldrich (Сент-Луис, Миссури, США). Исходный раствор CHX (75 мг/л) готовили растворением в абсолютном этаноле. Питательный агар и питательный бульон были получены от Oxoid Chemical Company (Basingstoke, Hampshire, UK). Глутаровый альдегид (для электронной микроскопии) был получен от Mallinckrodt Specialty Chemicals Company (Париж, Кентукки). Четырехокись осмия, смола Spur, уранилацетат и цитрат свинца были приобретены у Electron Microscopy Sciences (Хатфилд, Пенсильвания, США).

2. Исследование роста

Рост бактериальных культур контролировали путем измерения OD 600 в водяной бане шейкера (115 об/мин) при 37°C. Ночную культуру собирали и повторно суспендировали в аликвоте свежего питательного бульона перед тем, как ее инокулировали в 25 мл среды, содержащей различные концентрации СНХ. Культуру выращивали в аэробных условиях при 37°C путем энергичного встряхивания и измеряли OD 600 с интервалом 1 час в течение 24 часов. Условия выращивания для других экспериментов были такими же, как описано выше.

3. Определение минимальной подавляющей концентрации (МПК) хлоргексидина на бактерии

Значение МПК

хлоргексидина определяли в соответствии с процедурами, рекомендованными Национальным комитетом по клиническим лабораторным стандартам (NCCLS) или CLSI. Вкратце, к питательному бульону добавляли хлоргексидин в концентрациях 0,1, 0,2, 0,3, 0,4, 0,5 и 0,6 мг/л и к каждой культуре добавляли 1% этанола в качестве растворителя хлоргексидина. Бактерии обоих видов инкубировали при 37 930 29 o 930 30°С и показания OD 93 179 600 93 180 каждой культуры измеряли непрерывно в течение 4 часов.Самая низкая концентрация хлоргексидина, которая давала значение оптической плотности 0,01, была МПК этой бактериальной культуры.

4. Исследование с помощью сканирующего электронного микроскопа (ESEM)

Процедура SEM была выполнена, как описано Kunkitti et al. [11] с некоторыми изменениями. В большинстве экспериментов бактериальные клетки, обработанные 0,75 мг/л ЦГХ, фиксировали в течение 24 ч при 4°С в 2% об/об глутаральдегиде в 0,1 М натрий-какодилатном буфере, рН 7,2. Чтобы проверить влияние различных концентраций CHX на клетки, 0 мг/л, 0.Использовали 3 мг/л и 0,75 мг/л CHX. Клетки промывали 0,1 М, 0,05 М и 0,025 М какодилатными буферами по 15 мин каждым. Затем образцы обезвоживали с помощью градуированной серии этанола 50, 70 и 90% по объему в течение 15 минут каждый, трижды промывали 100% этанолом по 15 минут каждый и гексаметилдисилазаном (ГМДС) дважды по 30 секунд каждый. С помощью углеродной ленты образцы наклеивались на алюминиевые штифты и выдерживались в эксикаторах в течение ночи. Обезвоженные образцы исследовали под сканирующим электронным микроскопом Philips XL30 ESEM-FEG (Philips Electronics, Нидерланды, Европа) после покрытия углеродом.

5. Определение клеточного содержания хлора и фосфора методом энергодисперсионного рентгеноструктурного анализа (EDAX)

Элементное содержание хлора и фосфора в отдельных клетках определяли с помощью энергодисперсионного рентгеновского детектора, оснащенного многоканальным анализатором (Link 860 EDAX), связанным с ESEM. Микроскоп работал при ускоряющем напряжении в диапазоне 15–20 кВ, а увеличение составляло от 15 000 до 30 000 крат. Было записано клеточное содержание хлора и фосфора в бактериальном образце, окруженном в пределах области, а затем выведено в виде спектра EDAX.Рассчитан процентный состав обнаруженных элементов. Весовые проценты хлора и фосфора отражают клеточное содержание CHX и фосфолипидов в клетках соответственно [12]–[14].

6. Просвечивающая электронная микроскопия (ПЭМ)


проводили как описано ранее [15] с некоторыми модификациями. Бактериальные клетки, подвергшиеся воздействию 0,75 мг/л CHX в течение 4 ч, собирали и фиксировали 3% об./об. раствором глутарового альдегида при 4°C в течение ночи. Тонкие срезы бактериальных образцов готовили, как описано, и фотографировали с использованием просвечивающего электронного микроскопа Philips Tecnai 12 (Philips Electronics, Нидерланды, Европа), работающего при напряжении 80 кВ, с установленной охлаждающей ловушкой с жидким азотом.

7. Подсчет вмятин

С помощью сканирующего электронного микроскопа окружающей среды было подсчитано количество пятен вмятин на разных частях (стволе и кончике) в 50 клетках B. subtilis и E. coli . Кончик определяется как полусферические шляпки палочковидной бактериальной клетки, а ствол определяется как оставшаяся часть (цилиндрическая зона) бактериальной клетки (рис. 1а).

Рисунок 1. Влияние хлоргексидина на рост бактериальных клеток.

(а) Определение ствола и кончика бактериальной клетки. Два полусферических колпачка — это кончики, а средняя цилиндрическая зона — это ствол палочковидной бактериальной клетки, как описано в разделе «Материалы и методы». (b и c) Рост B. subtilis (b) и E. coli (c) контролировали путем измерения оптической плотности культуры. Образец культуры отбирали в определенный момент времени и измеряли ОП при 600 нм. Концентрации хлоргексидина, добавленного к культуре, были: 0 (незаштрихованный прямоугольник), 0.25 (закрашенный прямоугольник), 0,5 (закрашенный треугольник), 0,75 (закрашенный кружок) мг/л. Каждый график кривой представляет собой среднее значение трех показаний, и показано стандартное отклонение.


8. Анализ общего белка в SDS-полиакриламидном геле бактерий, обработанных CHX

Клетки E. coli и B. subtilis из 250 мл культур питательного бульона при OD 0,35 600 собирали, дважды промывали фосфатно-солевым буфером (PBS), ресуспендировали и далее культивировали в предварительно нагретых 250 мл питательного бульона в качестве контроля или питательного бульона с 0.75 мг/л CHX при 37°C, 115 об/мин. Образцы после инкубации в течение 0, 10, 30, 120 и 240 мин. собирали и дважды промывали PBS перед лизисом непосредственно буфером Лэммли при 95°C в течение 10 минут. Эквивалентное количество бактерий согласно измерению OD каждого образца загружали в 10% SDS-полиакриламидный гель.

9. Идентификация белков методом двумерного гель-электрофореза и масс-спектрометрии

Один литр логарифмических культур E. coli и B.subtilis центрифугировали и дважды промывали PBS. Первую половину культуры ресуспендировали в PBS. Вторую половину повторно суспендировали в питательном бульоне, содержащем СНХ, и инкубировали при 37°С в течение 4 часов. Суспензию клеток в PBS лизировали с помощью Mikro-dismembrator II (B. Braun, Германия) со стеклянными шариками до тех пор, пока большинство клеток не разрушалось при исследовании под световым микроскопом с большим увеличением. Затем лизат центрифугировали при 6000× g в течение 12 минут для удаления неразрушенных клеток.Затем надосадочную жидкость лизата центрифугировали при 25000× g в течение 1 часа, чтобы осадить фракцию стенок/мембран, которую дополнительно очищали, дважды промывая PBS. Осадок растворяли в буфере для лизиса 2D (8 М мочевина, 4% CHAPS, 2% Pharmalyte, 40 мМ DTT и 1 мМ PMSF). Осаждение ацетоном и 2D-гель-разделение солюбилизированной фракции клеточной стенки/мембраны проводили в соответствии с инструкциями поставщика (GE Healthcare, Великобритания). Приблизительно 150 мкг белка, извлеченного из каждого образца, наносили на 7-сантиметровую полоску IEF (pH 3–10) и подвергали изоэлектрическому фокусированию с последующим помещением полоски на 12%-ный акриламидный гель для второго измерения.

Затем гели фиксировали в растворе 50% метанола и 10% уксусной кислоты и окрашивали Кумасси бриллиантовым синим. Изображение геля получено камерой LAS-4000 (Fujifilm, США). Обнаружение пятен, сопоставление и анализ данных выполняли с помощью Progenesis SameSpots (Nonlinear Dynamics, Северная Каролина, США). Отдельные пятна геля были обесцвечены смесью 1:1 50 мМ NH 4 CO 3 /ацетонитрила, обезвожены ацетонитрилом и высушены в вакуумной центрифуге.Расщепление белка в геле проводили путем инкубации в течение ночи при 37°С в 20 мкл 1,25 нг/мкл раствора трипсина (в 25 мМ NH 4 CO 3 ). Пептиды дважды экстрагировали раствором 50% ацетонитрила и 1% муравьиной кислоты с обработкой ультразвуком в течение 10 минут. Полученный раствор сушили на вакуумной центрифуге и растворяли в 5 мкл 0,1% муравьиной кислоты.

Один микролитр раствора пептида вручную наносили на пластину-мишень ABI MALDI, и пятнам давали высохнуть.Затем в каждую лунку планшета-мишени добавляли один микролитр насыщенного матричного раствора (α-циано-4-гидроксикоричная кислота (CHCA), растворенная в 70% об./об. ацетонитриле), высушивали на воздухе и анализировали с помощью анализатора 4700 Proteomics Analyzer ( Applied Biosystems, Фрамингем, Массачусетс, США). При получении МС-спектров интенсивность лазера устанавливали на уровне 5400, и собирали ионы в диапазоне от 900 до 3000 Да. Все полученные спектры МС представляли собой усреднение сигналов 2000 лазерных выстрелов. При проведении МС/МС из каждой точки отбирали восемь наиболее интенсивных пептидов с отношением сигнал/шум более 100 и подвергали последующему МС/МС анализу.Каждый спектр МС/МС был составлен из 2500 выстрелов с интенсивностью лазера, установленной на 6400. Энергия столкновения была установлена ​​на 1 кВ, а газом столкновения был воздух. Все массовые данные были найдены с помощью ProteinPilot v.3.0 (с MASCOT в качестве поисковой системы базы данных) с допуском по массе пептидов и ионов фрагментов 0,5 Да. В качестве базы данных использовалась база данных NCBI (версия 07–2010), а таксономия бактерий была выбрана из 6 124 310 последовательностей. Допущенными при поиске дифференциальными модификациями пептидов были карбамидометилирование цистеинов и окисление метионинов.Максимальное количество пропущенных расщеплений было установлено равным 2 при использовании трипсина в качестве протеазы. В качестве положительных совпадений были выбраны только результаты идентификации с уровнем достоверности более 95%.


Влияние CHX на рост

B. subtilis и E. coli

Поскольку в качестве растворителя для приготовления маточного раствора CHX использовался этанол, необходимо было определить противомикробную активность самого этанола в исходном растворе. Измеряли рост клеток Bacillus subtilis и Escherichia coli в культуральной жидкости, содержащей различные концентрации этанола.Было обнаружено, что на их рост не влияли, когда конечная концентрация этанола не превышала 4% по объему (данные не представлены). Для устранения антимикробного действия самого этанола на бактериальные клетки в последующих экспериментах во все последующие бактериальные культуры добавляли 1% об/об этанола. В отсутствие какого-либо хлоргексидина как B. subtilis , так и E. coli росли с одинаковой скоростью (рис. 1b и c, незаштрихованные прямоугольники). Ингибирующее действие CHX на рост клеток усиливалось с увеличением концентрации CHX.Когда концентрация CHX составляла 0,5 мг/л (закрашенные треугольники), наблюдалось значительное ингибирование роста как B. subtilis (рис. 1b), так и E. coli (рис. 1c). Ингибирующее действие ЦГХ продолжалось в течение 6 ч, после чего клетки восстанавливали способность к росту. После этого как B. subtilis , так и E. coli росли с одинаковой скоростью еще в течение 4 ч, но B. subtilis вступали в стационарную фазу при более низкой плотности клеток, чем E. coli (рис. 1б и 2). в, замкнутые треугольники).Это говорит о том, что B. subtilis был чуть более чувствителен к хлоргексидину, чем E. coli . При 0,75 мг/л хлоргексидина (рис. 1b и c, заштрихованные кружки) оба вида бактерий вообще не могли расти. Затем мы определили минимальную ингибирующую концентрацию (МПК) хлоргексидина в отношении этих бактерий, которая является самой низкой концентрацией химического вещества, необходимой для ингибирования или остановки роста культуры. МИК для B. subtilis составила 0,6 мг/л, а для E.coli составляла 0,7 мг/л через 24 ч соответственно. Все приведенные выше данные свидетельствуют о том, что штамм B. subtilis был немного более восприимчив к CHX, чем штамм E. coli .

Поглощение хлоргексидина и потеря фосфора клетками, обработанными хлоргексидином

Из-за катионной природы хлоргексидина он может связываться с отрицательно заряженной клеточной стенкой бактерий и атаковать клеточные мембраны. Относительное количество молекул CHX, появляющихся в клетках, может быть измерено с помощью сканирующего микроскопа окружающей среды с использованием энергодисперсионного рентгеновского анализа (EDAX).Как клеточное содержание хлора (Cl в CHX), так и фосфора (P) измеряли после обработки бактериальных клеток 0,75 мг/л хлоргексидина (рис. 2). Было обнаружено, что количество ХГ в клетках увеличивалось со временем инкубации, а поглощение ХГ E. coli (кружки) было выше, чем у B. subtilis (ромбики) в любой момент времени (рис. 2а). Так совпало, что скорость потери фосфора клетками была немного выше у E. coli , чем у B.subtilis в первые три часа после инкубации с ХГ (рис. 2б).

Рис. 2. Поглощение хлора и потеря фосфора бактериальными клетками в 0,75

мг/л хлоргексидина. Клеточное содержание хлора (а) и фосфора (б) в культуре B. subtilis (ромб) или E. coli (круг) в разные моменты времени подвергали анализу с помощью EDAX со сканирующим электроном окружающей среды микроскоп (ESEM), как описано в разделе «Материалы и методы».Стандартные ошибки были рассчитаны на основе результатов трех отдельных выборок. Эксперимент в (b) был повторен дважды, и были нанесены средние значения двух результатов.


Морфологические изменения бактерий после обработки ХГХ

Известно, что ХГ вызывает деформацию клеточной стенки грамотрицательных бактерий [16]. Нам было интересно выяснить, было ли сходным действие хлоргексидина как на грамположительные, так и на грамотрицательные бактерии, что может помочь нам понять механизм антибактериального действия на структуры их клеточных стенок.Без какой-либо обработки CHX поверхности клеточных стенок как B. subtilis , так и E. coli выглядели гладкими (рис. 3a и 3d соответственно). После обработки у этих бактерий наблюдались значительные изменения в морфологии клеток. Вмятины были обнаружены на поверхности клеток E. coli , включая кончики и ствол (рис. 3e, белая стрелка), в то время как углубление в B. subtilis было ограничено в основном областью кончиков клеток (рис. 3b, белая стрелка).Как у E. coli , так и у B. subtilis количество вмятин на поверхности клеток увеличивалось с увеличением концентрации CHX (рис. 4a), а более длительное воздействие CHX приводило к большему количеству вмятин (рис. 4b). Интересно, что мы заметили, что большинство вмятин у E. coli были обнаружены преимущественно на стволе, чем на кончиках (рис. 5b). Напротив, вмятины на клетках B. subtilis располагались в основном в концевых областях (рис. 5а). Как утверждалось в разделе «Обсуждение», мы предположили, что действие хлоргексидина может быть более специфичным на определенные липиды в клеточной мембране бактерий, и мы также проверили, может ли ацетон, органический растворитель, вызывать аналогичные изменения в клеточной стенке.Поэтому к культуре клеток добавляли различные концентрации ацетона и наблюдали за клетками с помощью ESEM. Вмятины также наблюдались как у B. subtilis , так и у E. coli после воздействия ацетона (рис. 3c и 3f), хотя для образования вмятин у B требовалась несколько более низкая концентрация ацетона. subtilis клеток (5%), чем клеток E. coli (7%).

Рисунок 3. Морфологические изменения B. subtilis и E.coli после воздействия хлоргексидина и ацетона.

Два вида бактериальных клеток, подвергшихся воздействию 0,75 мг/л хлоргексидина в течение 4 часов, собирали и готовили, как описано в разделе «Материалы и методы». Их исследовали с помощью сканирующего электронного микроскопа окружающей среды после фиксации глутаральдегидом. От (а) до (с) клетки представляли собой клетки B. subtilis , а от (d) до (f) клетки представляли собой клетки E. coli . Клетки B. subtilis (a) и E. coli (d) монтировали непосредственно для электронно-микроскопического исследования без какой-либо обработки CHX.В (b) и (e) клетки обрабатывали 0,75 мг/л хлоргексидина в течение 4 часов. Для (c) и (f) клетки обрабатывали 5% и 7% ацетоном в течение 4 часов соответственно. Эти результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах. Увеличение на всех электронных микрофотографиях составляло х 20000. Бар  = 1 мкм. Увеличение вставок ( b ) и ( e ) было х 30000.


Рисунок 4. Общее количество вмятин, наблюдаемых на поверхности клеток.

Вмятины на стволе и кончиках были подсчитаны в 50 клетках B. subtilis ( ромб ) и E. coli ( кружок ) из культур с ( a ) различными концентрациями хлоргексидина. 6 ч и ( b ) обрабатывали 0,75 мг/л хлоргексидина в течение различных периодов времени. Эти результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах.


Рисунок 5.Влияние обработки хлоргексидином на распределение вмятин на поверхности клеток.

Бактериальные клетки инкубировали в среде с 0,75 мг/л хлоргексидина в течение 6 часов. Бактериальные клетки в определенный момент времени собирали и исследовали под сканирующим электронным микроскопом (ESEM). Количество вмятин на стволе ( прямоугольник ) и кончике ( круг ) было подсчитано у B. subtilis ( a ) и E.coli ( b ). Каждая временная точка представляет собой среднее количество вмятин на 50 ячейках. Эти результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах.


Хотя сканирующая электронная микроскопия клеток, обработанных CHX, показала, что он вызывает морфологические изменения на поверхности клеток бактерий, мы также исследовали, концентрация CHX может повлиять на внутреннюю структуру этих клеток.Мы использовали просвечивающую электронную микроскопию, чтобы выявить изменения, происходящие внутри клеток, обработанных CHX. Как и ожидалось, в обработанных CHX клетках B. subtilis (фиг. 6) и E. coli (фиг. 7) наблюдались значительные цитологические изменения по сравнению с контролями. В обоих случаях наружная мембрана E. coli и цитоплазматическая мембрана B. subtilis отслоились (рис. 6б и 7б, черные стрелки) и образовали утолщения (рис. 6в и 7в, черные стрелки) на своих участках. клеточные стенки.Эти наблюдения предполагают, что вмятины, обнаруженные в клетках, обработанных CHX, могут быть, вероятно, связаны с отслоением фосфолипидной мембраны от клеточной стенки [14], [17], [18]. Поврежденная мембрана в конечном итоге привела к образованию клеток-призраков у обоих видов при длительной обработке CHX (рис. 6d и 7d). Однако эти клетки-призраки все еще имели клеточную стенку, но не интактную цитоплазматическую мембрану. Сообщалось, что при высоких концентрациях перфузия хлоргексидина в клетки вызывала осаждение клеточного содержимого в цитоплазме [19].Наши микрофотографии ПЭМ показали, что клеточное содержимое может просачиваться через поврежденные участки клеточной стенки (рис. 6в и 7в).

Рис. 6. Цитологические изменения B. subtilis после обработки хлоргексидином.

Контрольные клетки имеют интактную клеточную мембрану, клеточную стенку и полный клеточный состав (а). После 4 часов инкубации с 0,75 мг/л хлоргексидина в обработанных клетках наблюдалось отслоение цитоплазматической мембраны от клеточной стенки на двух полюсах палочковидной клетки (стрелки на b), утечка клеточного содержимого (стрелка на c) и образование призрачных клеток. (г).Эти результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах. Увеличение во всех случаях  = ×20 500. Бар  = 1 мкм.


Рис. 7. Цитологические изменения E. coli после обработки хлоргексидином.

Контрольные клетки имеют интактную клеточную мембрану, клеточную стенку и полный клеточный состав (а). После 4 ч инкубации с 0,75 мг/л хлоргексидина в обработанных клетках E. coli наблюдалось отслоение цитоплазматической мембраны от клеточной стенки на обоих полюсах и в цилиндрической части клеток (см. стрелки на b), вытекание клеточного содержимого (см. стрелка в) и образование фантомных клеток (г).Эти результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах. Увеличение во всех случаях  = ×20 500. Бар  = 1 мкм.


Связь между CHX и клеточными фосфолипидами

Были сообщения, показывающие, что трансмембранные нарушения могут привести к потере ионов, АТФ и других метаболитов из клеточного содержимого [17]. Как было предложено Tattawasart et al. [14], хлор (Cl) может представлять собой CHX, поглощаемый клетками.Фосфор (P), который присутствует в фосфолипидных бислоях, сахаро-фосфатном остове нуклеиновых кислот и пуле нуклеотидов в цитозоле, можно использовать в качестве элементного маркера, отражающего повреждения клеточной стенки и мембран. Энергодисперсионный рентгеновский анализ (EDAX) — это метод, который можно использовать для определения элементного состава в небольшой области, наблюдаемой под сканирующим электронным микроскопом [12]. Мы использовали этот метод для измерения клеточного содержания Cl и P, обработанных 0, 0.3 и 0,75 мг/л CHX. Как показано на рис. 8, существует обратная зависимость между измеренным содержанием хлора, отражающим поглощение CHX, и измеренным содержанием клеточного фосфора, отражающим содержание фосфолипидов, пула нуклеотидов и нуклеиновых кислот как в B. subtilis , так и в E. coli (ромбы и кружки соответственно). С увеличением концентрации хлоргексидина, добавляемого в культуру, процент P, удерживаемый в B. subtilis , снижался (рис. 8, ромбы), но удерживание Cl или CHX на клеточной мембране было очень небольшим (менее 0,1%). Для сравнения, содержание Cl или CHX, оставшееся в клетках E. coli , было выше, чем в клетках B. subtilis при той же концентрации CHX (кружки). Этот эксперимент показывает, что утечка клеточного содержимого (представленная P) была более серьезной у B. subtilis , чем у E. coli , в то время как клеточная стенка E. coli сохранила больше хлоргексидина (обозначено Cl), чем у E. coli . из B. subtilis . Результаты как исследования роста, так и элементного анализа показали, что B.subtilis был несколько более чувствителен к CHX, чем E. coli , что может быть связано с их различиями в составе их клеточных стенок.

Рисунок 8. Влияние воздействия хлоргексидина на содержание фосфолипидов в B. subtilis и E. coli .

B. subtilis (ромб) и E. coli (круг) обрабатывали 0, 0,3 и 0,75 мг/л хлоргексидина в течение 3 ч, а затем подвергали EDAX для определения содержания оставшегося фосфора и хлора. в клетках.Результаты были подтверждены в двух независимых экспериментах.


Изменение протеомов целой клетки и клеточной стенки бактериальных клеток, обработанных ХГС

Основываясь на результатах вышеописанных экспериментов, мы сделали вывод, что стенка бактериальной клетки могла быть повреждена CHX. Мы предположили, что целостность клеточной стенки и ее содержимое могли быть вымыты из цитоплазмы и клеточной стенки; поэтому мы исследовали, как были затронуты протеомы клеточных стенок как грамположительных, так и -отрицательных видов.CHX добавляли к логарифмическим фазам культур как E. coli , так и B. subtilis , и их образцы удаляли в разные моменты времени. Общие белки из образцов анализировали с помощью SDS PAGE. В эксперименте мы загрузили эквивалентное количество бактерий, используя одинаковую оптическую плотность (OD), предполагая, что OD пропорциональна концентрации бактериальной культуры. На протяжении всего курса лечения CHX общее содержание белка в E. coli было почти одинаковым (рис. 9A), но некоторые белки были индуцированы (сплошная стрелка), а несколько белков были подавлены или потеряны (незакрашенная стрелка).Напротив, у Bacillus общее количество белка уменьшалось со временем обработки, что свидетельствует о выщелачивании клеточного содержимого после обработки CHX (фиг. 9B). В течение 4 часов обработки CHX оптическая плотность как E. coli , так и B. subtilis увеличилась только в 2,3 раза и 1,83 раза соответственно, что указывает на серьезное нарушение скорости роста обоих видов.

Поскольку мы наблюдали дифференциальные изменения белков в клетках обоих типов, мы затем исследовали, были ли белки в их клеточной стенке и мембранах также затронуты обработкой CHX.Мы выделили белки только из клеточной стенки/мембраны бактериальных лизатов, а затем разделили с помощью 2D-электрофореза в полиакриламидном геле с ДСН. Программный анализ интенсивности белковых пятен между обработанными и контрольными образцами идентифицировал белки, на которые воздействовал хлоргексидин. В экспериментах с двумерным гелем мы загружали 150 мкг очищенных белков клеточной стенки/мембраны каждого вида на полоску IEF. В случае E. coli сравнение между обработанными и необработанными образцами белка может сделать вывод об индукции и подавлении экспрессии белка в бактериях (фиг. 10А).Около 30 белков были помечены как изменения интенсивности окрашивания более чем в 1,4 раза по сравнению с контрольным (необработанным) образцом. Среди этих белков 16 белков были идентифицированы с помощью MALDI-MS/MS (таблица S1). В общей сложности было активировано 9 белков, которые относятся к ферментам, участвующим в пуриновых нуклеозидах, конверсии нуклеотидов и цепи переноса электронов (таблица 1). Было обнаружено, что семь белков имеют более низкую экспрессию в клеточной стенке E. coli ; однако большинство белков относились к разным функциональным категориям; например, фумаратгидратаза и флавопротеиновая субъединица сукцинатдегидрогеназы являются ферментами, участвующими в цикле трикарбоновых кислот (TCA), тогда как лактатдегидрогеназа является ферментом, используемым для анаэробного восстановления пирувата.Несмотря на то, что белки клеточной стенки были выделены с использованием традиционного метода очистки клеточной стенки/мембраны [20], только около половины этих белков были классифицированы как связанные с мембраной, а остальные белки были цитоплазматическими, которые, предположительно, были внешними белками, тесно связанными с мембраной. мембрана.

Рис. 9. Влияние лечения ХГХ на общее содержание белка в обоих видах бактерий.

Разделение в полиакриламидном геле SDS общих клеточных белков из (A) E.coli и (B) образцы B. subtilis , обработанные CHX в разные моменты времени. Черные стрелки указывают на белки, которые были индуцированы обработкой CHX, а полая стрелка указывает на белок, экспрессия которого была подавлена ​​после обработки CHX. Эксперименты повторялись дважды, и один из них показан здесь.


Рисунок 10. Двухмерный гель белков клеточной стенки/мембраны из E. coli и B.subtilis после обработки ХГ.

Белки, выделенные из фракции клеточной стенки (A) E. coli и (B) B. subtilis , разделяли изоэлектрическим фокусированием (pH 3–10) и последующим 12% SDS-полиакриламидным гелем с последующим окрашиванием кумасси синим . Белковые пятна, интенсивность которых увеличилась, были обведены черными сплошными линиями, а участки с уменьшенной интенсивностью — пунктирными линиями. Цифры слева обозначали молекулярную массу белковых маркеров в кДа.pI белка по первому измерению показан на верхней части геля с рН 3 слева и рН 10 справа. Идентичность белковых пятен была отмечена названием их гена и их молекулярной массой. Эксперименты были повторены дважды и показали сходные картины пятен.


Для B. subtilis задействованные белки были совершенно другими, и большинство этих белков были цитоплазматическими (рис. 10B, таблица S1).Десять белков с различными функциями были активизированы после обработки CHX: 1-пирролин-5-карбоксилатдегидрогеназа, 2-амино-3-кетобутират кофермент Алигаза, D-3-фосфоглицератдегидрогеназа и серингидроксиметилтрансфераза были ферментами, участвующими в метаболизме аминокислот. . Активировались также три связанных со стрессом белка, в том числе: АТФ-зависимая протеолитическая субъединица протеазы Clp, предполагаемая гидролаза (yfhM) и 2,3-дигидроксибензоат-2,3-дегидрогеназа. Поскольку используемый метод очистки может изолировать белки, связанные с клеточными стенками и мембранами либо живых клеток, либо протекающих клеток с вмятинами, изменения в белке могут отражать реакцию клеток на CHX.С другой стороны, было обнаружено, что только 7 белков подавляются во фракциях клеточной стенки, и три из них представляют собой пропил-тРНК-синтетазу, фактор элонгации G и фактор элонгации Tu, которые участвуют в трансляции.


В этом исследовании мы обнаружили, что CHX вызывает образование вмятин на поверхности клеточной стенки как E. coli , так и B. subtilis . Мы утверждаем, что образование вмятин произошло из-за действия CHX.Во-первых, в отсутствие хлоргексидина было обнаружено очень мало вмятин, а во-вторых, количество пятен увеличивалось со временем обработки и концентрацией хлоргексидина. Удивительно, но распределение вмятин вдоль тела клетки у двух видов было разным. У B. subtilis вмятины преимущественно располагались на кончике или в области крышки тела клетки, тогда как у E. coli пятна в основном обнаруживались на стволе. Это говорит о том, что сайты действия CHX на B.subtilis и E. coli могут отличаться. Морфологические изменения, наблюдаемые под трансмиссионным электронным микроскопом на двух типах клеток, подтверждают изменения, наблюдаемые под сканирующим электронным микроскопом. Частота обнаружения коллапсов или вмятин в клеточной стенке вокруг области шляпки B. subtilis была выше, чем в области туловища.

На основании количества клеток, измеренного по оптической плотности их культуры, общее содержание белка в двух видах бактерий не было одинаковым во время обработки CHX, и B.subtilis , по-видимому, более чувствителен к CHX, поскольку из клеток было потеряно больше белков (рис. 9). При длительной инкубации с CHX все цитоплазматическое содержимое опустошается, образуя клетки-призраки, как это видно на микрофотографиях в просвечивающем электронном микроскопе, что позволяет предположить, что CHX вызывает серьезные повреждения клеточной стенки, включая цитоплазматическую мембрану и слои пептидогликана у обоих видов.

Энергодисперсионный рентгеновский анализ (EDAX) бактериальных клеток, обработанных CHX, показал, что количество фосфолипидов, нуклеиновых кислот и пула нуклеотидов (в процентах атома фосфора, P) сохраняется в B.subtilis был меньше, чем у E. coli . Это указывает на то, что клеточная мембрана B. subtilis более чувствительна к CHX, чем E. coli . Однако более крутой наклон кривой относительного количества P и Cl для B. subtilis , показанный на рисунке 8, свидетельствует только о том, что на поверхности клеток B. subtilis адсорбировано меньше атомов хлора (CHX), чем . Кишечная палочка . Возможно, что отрицательно заряженные фрагменты фосфорилированной гептозы и глюкозамина липополисахаридной (ЛПС) клеточной стенки E.coli может запирать более сильно катионные молекулы CHX, делая его менее эффективным в работе, и эта идея согласуется с парадигмой, согласно которой внешняя мембрана грамотрицательных бактерий действует как барьер проницаемости для многих катионных антибактериальных агентов [21]–[ 23].

Идентификация 5 белков с повышенной экспрессией, связанных с превращением пуриновых нуклеотидов и нуклеозидов, и 2 других белков, участвующих в цепи переноса электронов на клеточной стенке E. coli , не ожидалась, но нарушение клеточной целостности и содержания CHX в выживших бактериальных клетках может инициировать спасательный механизм повторного баланса или поддержания клеточного пула нуклеотидов и протонного градиента за счет усиления экспрессии этих белков в клеточной стенке.Уровни фумарагидратазы, флавопротеиновой субъединицы сукцинатдегидрогеназы и лактатдегидрогеназы были снижены, что может быть связано с предпочтительной потерей клеток во время лечения или подавлением экспрессии по неизвестной причине. Напротив, наблюдалась общая потеря общего количества белков из Bacillus во время лечения CHX, что позволяет предположить, что CHX может разрушать клеточную стенку.

Однако в клеточной стенке Bacillus subtilis стрессозависимые белки и белки, участвующие в метаболизме аминокислот, были усилены, и их можно использовать в ответ на стрессы, вызванные CHX.Однако мы смогли идентифицировать только около 20 белков из 40 белковых пятен, дифференциально измененных обработкой CHX. Для более полного анализа этих белков может потребоваться более масштабная очистка или другие протеомные методы, такие как мечение стабильными изотопами аминокислотами в клеточной культуре, SILAC, которые не полагаются на двухмерное разделение в геле и очистку белков.

Разрушение клеточной стенки и клеточной мембраны в определенной области тела бактерий с помощью CHX может быть новым механизмом.CHX, бигуанид, существует в растворе в виде положительно заряженной молекулы, которая может связываться с анионными молекулами на клеточной стенке. Предполагается, что CHX убивает бактерии за счет нарушения проницаемости мембраны, а не ингибирования АТФазы на клеточной мембране [24]. Было продемонстрировано, что CHX дестабилизирует наружные мембраны грамотрицательных бактерий, высвобождая белки из периплазмы, но не из внутренней мембраны [25], и снижает порядок упаковки липидов клеток буккального эпителия человека с помощью исследования анизотропии флуоресценции [26].

Ожидается, что повреждения на клеточной стенке распределяются равномерно, если CHX действует на слой LPS внешней мембраны у грамотрицательных бактерий или тейхоевая кислота на слой пептидогликана у грамположительных бактерий [27], [28]. Однако было продемонстрировано, что полярные области клеточной стенки Bacillus и Lactobacillus имеют другой состав стеночной тейхоевой кислоты (WTA) по сравнению с туловищем [29]. Зонненфельд и др. показали, что катионизированный ферритин (CF) специфически связывается с отрицательно заряженными группами полюсов клеток B.subtilis , предполагая, что поверхность клеточной стенки колпачка более электроотрицательна, чем поверхность туловища [30]. Мацумото и др. использовали кардиолипин-специфические и фосфатидилэтаноламиновые (ФЭ)-специфические флуоресцентные красители для визуализации локализации двух типов липидов в мембранах B. subtilis и E. coli [31], [32]. И кардиолипин, и PE более специфически накапливаются в полярных и септальных областях у B. subtilis , тогда как PE более равномерно распределяется у E.coli [32]. Также было показано, что кардиолипин агрегирует в домены в клеточной мембране E. coli , предполагая, что липиды в клеточной мембране бактерий могут соединяться в плотоподобную структуру, как в клетках млекопитающих. С учетом приведенных выше наблюдений и сообщений мы предполагаем, что структурные изменения клеточной стенки бактерий могут быть связаны с действием CHX на домены, богатые кардиолипином или PE. Молекулы ФЭ с компактной головной группой могут образовывать жесткую сеть в клеточной мембране, что облегчает формирование микродомена [33].Локализация кардиолипина к полюсам может быть связана с его взаимодействием с белками периферической мембраны с образованием пятен на мембране [34].

Вполне вероятно, что CHX, содержащий как гидрофильную аминогруппу, так и гидрофобную структуру, может взаимодействовать с мембранным кардиолипином и PE, нарушая нормальное расположение и целостность структуры двойного слоя фосфолипидов и связанных с ним белков. Нарушение правильного расположения липидов может привести к коллапсу клеточной мембраны и образованию вмятин на клеточной поверхности.И, вероятно, из-за неравномерного распределения PE, кардиолипина и других типов липидов в клеточных мембранах B. subtilis полюса B. subtilis могут быть более восприимчивы к повреждению, вызванному CHX.

Было бы интересно дополнительно изучить, вызывают ли другие типы противомикробных препаратов образование вмятин, особенно у B. subtilis и других грамположительных бактерий. Это может позволить нам сформулировать лучшую гипотезу о том, как этот тип противомикробных препаратов убивает бактерии.

Вспомогательная информация

Таблица S1.

Список белков, количество которых увеличилось или уменьшилось во фракции клеточной стенки/мембраны E. coli и S. subtilis 90X.03 после обработки CH Названия генов белков были получены от консорциума UniProt. Изменение кратности рассчитывали по интенсивности пятна белка после обработки CHX по сравнению с тем же белком до обработки и только для белков с изменением кратности больше 1.были показаны 4. Информация о локализации и функциях белка была получена из базы данных Biocyc и консорциума UniProt соответственно. Цифры в категории функции белков классифицировали в соответствии с таблицей 1. Знак вопроса означает неизвестную локализацию белков в клетках.




Мы благодарим Myra Ting-Wai Cheung и Terry Tin-Lung Leung за их техническую поддержку.

Вклад авторов

Идея и разработка экспериментов: HYC SKC. Выполнял опыты: СХК ММКЗ. Проанализированы данные: HYC SKC MMKW LYL YWL. Предоставленные реагенты/материалы/инструменты для анализа: HYC SKC YWL. Написал статью: HYC SHC SKC MMKW.

Каталожные номера

  1. 1. МакБейн А.Дж., Бартоло Р.Г., Катрених К.Э., Шарбонно Д., Леддер Р.Г. и др. (2003) Влияние жидкости для полоскания рта, содержащей хлоргексидин глюконат, на жизнеспособность и восприимчивость к противомикробным препаратам in vitro бактериальных экосистем ротовой полости.Appl Environ Microbiol 69: 4770–4776.
  2. 2. Sreenivasan PK, Gittins E (2004)Влияние ополаскивателя для рта с хлоргексидином на культивируемые микроорганизмы языка и слюны. Microbiol Res 159: 365–370.
  3. 3. Канисаваран З.М. (2008)Глюконат хлоргексидина в эндодонтии: обзор обновлений. Int Dent J 58: 247–257.
  4. 4. Ellepola ANB, Samaranayake LP (2001)Дополнительное использование хлоргексидина при овальных кандидозах: обзор. Устный Дис 7: 11–17.
  5. 5. аль-Таннир М.А., Гудман Х.С. (1994) Обзор хлоргексидина и его использования в особых группах населения. Стоматолог Spec Care 14: 116–122.
  6. 6. Bloomfield SF (1996) Составы хлоргексидина и йода. В: Ascenzi JM, редактор. Справочник по дезинфицирующим и антисептическим средствам. Нью-Йорк: Марсель Деккер. стр. 133–158.
  7. 7. Paulson DS (1993) Оценка эффективности 4% глюконата хлоргексидина в качестве средства для мытья всего тела. Am J Infect Control 21: 205–209.
  8. 8. Глассман П. (2003) Практические протоколы профилактики стоматологических заболеваний в условиях сообщества для людей с особыми потребностями: предисловие. Стоматолог Spec Care 23: 157–159.
  9. 9. Longworth AR (1971) Хлоргексидин. В: Хьюго В.Б., редактор. Ингибирование и разрушение микробной клетки. Нью-Йорк: Academic Press Inc., стр. 95–106.
  10. 10. Teuber M (1973) Действие полимиксина B на бактериальные мембраны. II. Образование липофильных комплексов с фосфатидной кислотой и фосфатидил-глицерином.Z Naturforsch 28c: 476–477.
  11. 11. Khunkitti W, Hann AC, Lloyd D, Furr JR, Russell AD (1998)Вызванные бигуанидом изменения в Acanthamoeba castellanii : электронно-микроскопическое исследование. J Appl Microbiol 84: 53–62.
  12. 12. Hiom SJ, Hann AC, Furr JR, Russell AD (1995) Рентгеновский микроанализ обработанных хлоргексидином клеток Saccharomyces cerevisiae . Lett Appl Microbiol 20: 353–356.
  13. 13. Maillard JY, Hann AC, Beggs TS, Day MJ, Hudson RA, al et (1995) Энергодисперсионный анализ рентгеновского исследования распределения диацетата хлоргексидина и хлорида цетилпиридиния на Pseudomonas aeruginosa бактериофаге F116.Lett Appl Microbiol 20: 357–360.
  14. 14. Tattawasart U, Hann AC, Maillard JY, Furr JR, Russell AD (2000)Цитологические изменения в устойчивых к хлоргексидину изолятах Pseudomonas stutzeri . J Antimicrob Chemother 45: 145–152.
  15. 15. Cheung HY, Vitković L (1988)Коккообразные клетки Bacillus subtilis ингибируются на стадии 0 спорообразования. Can J Microbiol 34: 583–587.
  16. 16. Шаламанов Д.С. (2005) Индуцированные хлоргексидина глюконатом морфологические изменения грамотрицательных микроорганизмов.Биотехно и биотехно уравнение 19: 121–124.
  17. 17. Iwami Y, Schachtele CF, Yamada T (1995) Механизм ингибирования гликолиза в Streptococcus mutans NCIB 11723 хлоргексидином. Оральный микробиол иммунол 10: 360–364.
  18. 18. Steinberg D, Heling I, Daniel I, Ginsburg I (1999)Антибактериальный синергетический эффект хлоргексидина и перекиси водорода против Streptococcus sobrinus , Streptococcus faecalis и Staphylococcus aureus .J Оральная реабилитация 26: 151–156.
  19. 19. Марис П. (1995) Способы действия дезинфицирующих средств. Rev Sci Tech 14: 47–55.
  20. 20. Wade HE, Robinson HK (1965) Распределение рибосомных рибонуклеиновых кислот среди субклеточных фракций бактерий и неблагоприятное влияние мембранной фракции на стабильность рибосом. Биохим J 96: 753–765.
  21. 21. Никайдо Х., Ваара М. (1985)Молекулярная основа проницаемости внешней мембраны бактерий.Microbiol Rev 49: 1–32.
  22. 22. Hancock REW (1984) Изменения проницаемости наружной мембраны. Анну Рев Микробиол. 38: 237–264.
  23. 23. Stickler DJ, Thomas B, Clayton CL, Chawla JC (1983) Исследования генетической основы устойчивости к хлоргексидину. Бр Дж. Клин Практ. 25: 23–30.
  24. 24. Kuyyakanond T, Quesnel LB (1992) Механизм действия хлоргексидина. FEMS Microbiol Lett 79: 211–215.
  25. 25. Барретт-Би К., Ньюбоулт Л., Эдвардс С. (1994) Мембрано-дестабилизирующее действие антибактериального агента хлоргексидина.FEMS Microbiol Lett 119: 249–253.
  26. 26. Аудус К.Л., Таваколи-Сабери М.Р., Чжэн Х., Бойс Е.Н. (1992)Влияние хлоргексидина на липидные домены мембран клеток буккального эпителия человека. Дж. Дент Рез. 71: 1298–1303.
  27. 27. Doyle RJ, McDannel ML, Helman JR, Streips UN (1975)Распределение тейхоевой кислоты в клеточной стенке Bacillus subtilis. Дж. Бактериол 122: 152–158.
  28. 28. Merad T, Archibald AR, Hancock IC, Harwood CR, Hobot JA (1989) Сборка клеточной стенки Bacillus subtilis: визуализация старого и нового материала стенки с помощью электронного микроскопического исследования образцов, выборочно окрашенных на тейхоевую кислоту и тейхуроновую кислоту.J Gen Microbiol 135: 645–655.
  29. 29. Андре Г., Дегорейн М., Брон П.А., ван Свам II, Клееребезем М. и др. (2011)Визуализация флуоресцентной и атомно-силовой микроскопии тейхоевых кислот стенок Lactobacillus plantarum. ACS Chem Biol 6: 366–376.
  30. 30. Sonnenfeld EM, Beveridge TJ, Doyle RJ (1985)Прерывистость заряда на полюсах клеточной стенки Bacillus subtilis. Can J Microbiol 31: 875–877.
  31. 31. Каваи Ф., Шода М., Харашима Р., Садайе Ю., Хара Х. и др.(2004)Кардиолипиновые домены в мембранах Bacillus subtilis marburg. Дж. Бактериол 186: 1475–1483.
  32. 32. Нишибори А., Кусака Дж., Хара Х., Умеда М., Мацумото К. (2005)Фосфатидилэтаноламиновые домены и локализация фосфолипидсинтаз в мембранах Bacillus subtilis . Дж. Бактериол 187: 2163–2174.
  33. 33. Элдер М., Хичкок П., Мейсон ФРС, Шипли Г.Г. (1977) Уточняющий анализ кристаллографии фосфолипида, 1,2-дилауроил-DL-фосфатидилэтаноламина, и некоторые замечания о взаимодействиях липид-липид и липид-белок.Proc R Soc London A 354: 157–170.
  34. 34. ван ден Бринк-ван дер Лаан Э., Бутс Дж. В., Спелбринк Р. Е., Кул Г. М., Бреукинк Э. и др. (2003)Мембранное взаимодействие гликозилтрансферазы MurG: особая роль кардиолипина. J Bacteriol 185: 3773–3779.

Journal of Rehabilitation Medicine — Abstract

Madeleine Wikström, Richard Levi, Wolfram Antepohl
Клиническое отделение реабилитационной медицины, регион Östergötland, SE-58185 Linköping, Швеция.Электронная почта: [email protected]
DOI: 10.2340/16501977-2298

Цель: выяснить, может ли промывание мочевого пузыря хлоргексидином: (i) уменьшить бактериурию и (ii) является практически осуществимым вариантом у пациентов с повреждением спинного мозга, практикующих прерывистую самокатетеризацию.
Дизайн: проспективное, неконтролируемое, открытое, многоцентровое исследование.
Методы. Пятьдесят пациентов с повреждением спинного мозга, практикующих периодическую самостоятельную катетеризацию, с рецидивирующими инфекциями мочевыводящих путей в анамнезе были обследованы на наличие бактериурии во время последующих визитов в 4 центра травм спинного мозга в Швеции. У 23 пациентов был положительный посев мочи (> 105 КОЕ/мл > 1 вида бактерий), из которых 19 завершили исследование. Субъекты продолжали промывание мочевого пузыря, используя 120 мл 0,2% раствора хлоргексидина два раза в день в течение 7 дней.Образцы мочи брали два раза в день. Ответ на лечение определяли как снижение числа бактерий до Результаты: Четырнадцать из 19 испытуемых снизили количество бактерий до или ниже установленного предела. Последующее возвращение бактериурии выше конечной точки наблюдалось у большинства пациентов. Однако пациентов с бактериурией после лечения было значительно меньше (p Заключение. Промывание мочевого пузыря хлоргексидином с использованием периодической самостоятельной катетеризации уменьшало бактериурию у большинства пациентов с повреждением спинного мозга и бактериурией.Добавление промывания мочевого пузыря было практически осуществимо в короткие сроки этого исследования.

Люди с травмой спинного мозга часто страдают от потери контроля над функцией мочевого пузыря и, следовательно, нуждаются в опорожнении мочевого пузыря с помощью катетеров. Предпочтительно это делается путем регулярного введения катетера, так называемой «чистой прерывистой катетеризации», вместо использования постоянного катетера. Хотя этот метод менее склонен вызывать инфекции мочевыводящих путей (ИМП), бактерии все же могут размножаться в мочевом пузыре, и ИМП часто являются частой проблемой.Даже если нет уверенности в том, что присутствие бактерий в мочевом пузыре действительно приводит к ИМП, мы хотели посмотреть, можно ли уменьшить количество бактерий, используя антисептическое средство под названием хлоргексидин для очистки мочевого пузыря. 19 пациентов с бактериальным ростом в мочевом пузыре завершили исследование с ежедневным применением хлоргексидина. У 14 из этих пациентов количество бактерий значительно уменьшилось. Наш вывод состоит в том, что очистка мочевого пузыря с использованием хлоргексидина является возможным методом снижения бактериальной нагрузки в мочевом пузыре.Необходимы дополнительные исследования, чтобы выяснить, приводит ли это даже к снижению частоты инфекций мочевыводящих путей.

Вы хотите прокомментировать эту статью? Комментарии будут отображаться здесь, и, если это уместно, комментарии также будут отдельно отправлены авторам. Вам необходимо войти/создать учетную запись, чтобы комментировать статьи.Нажмите здесь, чтобы войти/создать учетную запись.

Резюме и комментарий: Губки с хлоргексидином снижают катетерную инфекцию | 01.08.2009 | AHC Media: Издательство о непрерывном медицинском образовании | Relias Media


Chlorhexidine Губки Снижать катетерные инфекции

Снижение, экономия в контролируемом суде

на Robert Muder, MD,
Больница Эпидемиолог
Pittsburgh VA Медицинский центр

Snapsis: в рандомизированном многоцентровом исследовании губки, пропитанные хлоргексидином, используемые для перевязок внутрисосудистых катетеров, снижали катетер-ассоциированные инфекции на 60%.Увеличение интервала смены повязок, связанных с катетером, с трех до семи дней не увеличивало частоту инфекций.

Источники: Timsit J-F, et al. Пропитанные хлоргексидином губки и менее частая смена повязок для профилактики инфекций, связанных с катетером, у взрослых в критическом состоянии. JAMA 2009; 301:1,231-1,241.

Timsit и соавт. провели рандомизированное контролируемое исследование 2×2, в котором сравнивали губки, пропитанные хлоргексидином, при перевязке сосудистых катетеров с контрольными повязками.Они одновременно сравнили трехдневный интервал смены повязки с семидневным интервалом. Исследование проводилось в семи отделениях интенсивной терапии для взрослых в пяти французских больницах, включая терапевтические и хирургические отделения. Были включены как артериальные, так и центральные венозные катетеры; ни один из катетеров не был пропитан антимикробными агентами. Во всех центрах применялись максимальные меры предосторожности в отношении стерильного барьера при введении катетера. В качестве дезинфицирующего средства для кожи использовали повидон-йод в спирте.

Было две основные конечные точки.Колонизация катетера, определяемая как количественная культура кончика катетера, дающая > 1000 колониеобразующих единиц, была основной конечной точкой для оценки интервала смены повязки. Основные инфекции, связанные с катетером (CRI), были основной конечной точкой для оценки эффективности губки, пропитанной хлоргексидином. Большую CRI определяли либо как сепсис, связанный с катетером, без бактериемии (клинические признаки инфекции, колонизация катетера и отсутствие другого очага инфекции), либо как инфекцию кровотока, связанную с катетером (BSI; положительная культура крови с колонизацией катетера, или дифференциальное время до положительного результата > 2). часы).Вторичными конечными точками были связанные с катетером BSI и колонизация кожи в месте введения во время удаления катетера. Хотя сотрудники отделения интенсивной терапии не были слепы к назначению пациентов, клинические оценщики и сотрудники микробиологии были в курсе.

В анализе намерения лечить было 1 636 пациентов с 3 778 катетерами и 28 931 катетер-днями. Частота основных CRI среди пациентов, которым были назначены повязки, пропитанные хлоргексидином, составила 0,60 на 1000 катетер-дней по сравнению с 1,40 на 1000 катетер-дней в контрольной группе (p = 0.03). Наблюдалось аналогичное снижение BSI, связанного с катетером: 0,4 на 1000 катетер-дней по сравнению с 1,3 на 1000 катетер-дней. Количество колоний в месте введения было значительно ниже в группе с повязкой с хлоргексидином. Использование хлоргексидиновой повязки не приводило к увеличению выделения устойчивых к хлоргексидину микроорганизмов. Тяжелые нежелательные явления были редкостью; у восьми пациентов развился тяжелый контактный дерматит, потребовавший прекращения повязки с хлоргексидином.

Колонизация катетера произошла с частотой 10.4/1000 пациенто-дней в группе трехдневной смены повязок и 11/1000 пациенто-дней в группе семидневной смены (p = 0,95). Не было существенной разницы в большом CRI, связанном с катетером BSI или катетерной колонизации между группой, назначенной на трехдневную смену повязки, и группой, назначенной на семидневную смену повязки. Однако 45% перевязок были произведены до запланированной даты из-за протекания или загрязнения повязки. Только 10% перевязок, запланированных на семь дней, фактически были выполнены в это время.


Это исследование примечательно по ряду причин. Это очень большое, многоцентровое, рандомизированное исследование с высоким уровнем участия и соблюдением протокола. Конечные точки четко определены и клинически значимы. Примечательно, что частота больших ХПН в группе сравнения, у пациентов, которым были назначены стандартные катетеры и трехдневный интервал смены повязок, была достаточно низкой и составляла 1,6/1000 катетер-дней. Несмотря на это, использование губок, пропитанных хлоргексидином, привело к снижению уровня инфицирования на 60%.Катетеры включали как артериальные (46%), так и венозные (54%) катетеры. Timsit и коллеги заявляют, что величина эффекта была одинаковой для обоих типов катетеров, но не предоставляют конкретных данных. Это было бы полезно, так как артериальные катетеры обычно имеют более низкий уровень инфицирования, чем венозные катетеры.

Хотя результаты удовлетворяют проспективным критериям исследования не меньшей эффективности семидневных смен повязок по сравнению с трехдневными, следует отметить, что незапланированные смены повязок были обычным явлением и что немногие (10%) повязки фактически оставались на месте в течение семи дней. .

Снижение инфекций, связанных с катетером, в результате использования губок, пропитанных хлоргексидином, сходно с тем, что было сообщено в рандомизированных исследованиях катетеров с противомикробными препаратами. В мета-анализе Кейси и соавт. обнаружили, что катетеры миноциклин-рифампин и катетеры второго поколения с хлоргексидином/сульфадиазином серебра приводят к значительному снижению CRI по сравнению со стандартными катетерами. 1 Эти испытания были относительно небольшими, и в некоторых из них частота инфицирования контрольных катетеров была значительно выше, чем наблюдалось Timsit et al.

Одним из важных следствий этого исследования является то, что оно демонстрирует, что даже если показатели CRI в отделении низкие, предположительно из-за строгого соблюдения асептических методов введения, дальнейшее значительное снижение возможно при использовании пропитанных хлоргексидином повязок. Хотя Timsit и соавт. не проводили анализ эффективности затрат, по их оценкам, для предотвращения одной крупной ХПН необходимо будет обработать 117 катетеров. Это, вероятно, будет рентабельным, так как повязки стоят примерно 6 долларов каждая.Они оценивают стоимость профилактики в 2100 долларов, что, безусловно, намного меньше, чем стоимость CRI.

Еще предстоит определить, эффективны ли повязки, пропитанные хлоргексидином, в отделениях с более высокими показателями CRI или более эффективны, чем катетеры с антимикробными препаратами.


  1. Casey AL, et al. Антимикробные центральные венозные катетеры у взрослых: систематический обзор и метаанализ. Ланцет Infect Dis 2008; 8:763-776.

Можно ли добавлять хлоргексидин в стеклоиономерные цементы для ленточной фиксации?

В этом исследовании были протестированы два традиционных стеклоиономерных цемента, используемых для ленточной фиксации: Ketac Cem Easymix (3M/ESPE, Сент-Пол, Миннесота) и Meron (Voco, Куксхафен, Германия).Водные растворы, содержащие 10% винной кислоты и 10% или 18% диглюконата хлоргексидина, использовались для обработки порошка обоих цементов вместо обычной жидкости, поставляемой производителями. Кроме того, два цемента также обрабатывали обычной жидкостью, которая также содержала 10% винной кислоты; таким образом, были протестированы четыре экспериментальные и две контрольные группы.

Для испытаний на диаметральное растяжение (DTS) и прочность на сжатие (CS) было подготовлено 12 образцов каждого материала путем помещения материала в цилиндрические тефлоновые формы (диаметр 6 мм × высота 3 мм для DTS и диаметр 3 мм × высота 6 мм). для КС).Формы были помещены на полоски майлара, и после вставки материала на верхнюю поверхность была помещена еще одна полоска майлара, а затем еще одна стеклянная пластина, которую вручную придавили, чтобы получить ровную поверхность. Через 5 минут (начальное время отверждения) образцы хранили при 37 °C при 100 % влажности в течение 60 минут. Затем их погружали в дистиллированную воду на 24 часа при 37°C. Перед механическими испытаниями все образцы измеряли штангенциркулем (Mitutoyo Corp, Aurora, Ill). Механические испытания проводились на универсальной испытательной машине EMIC DL 2000 (EMIC, Сан-Жозе-дус-Пиньяйс, PR, Бразилия) при скорости траверсы 1 мм/мин.Сжимающую нагрузку прикладывали по диаметру образца для испытания DTS и вдоль длинной оси для испытания CS. Регистрировали максимальную прочность до разрыва, а затем к каждому образцу применяли следующие уравнения для получения результатов испытаний DTS и CS в мегапаскалях (МПа): DTS  =  2 F dt и CS  =  4 F d 2 , где F — разрушающая нагрузка, d — диаметр, а t — высота образцов.

Для испытаний на микротвердость было приготовлено по пять образцов каждого материала. Была использована та же форма, которая использовалась для теста DTS (диаметр 6 мм × высота 3 мм), и снова были соблюдены те же процедуры манипуляций, введения и отверждения, которые были описаны ранее. Измерения по Виккерсу проводились с использованием прибора для измерения микротвердости HMV (Shimadzu Corp, Киото, Япония) с нагрузкой 200 г в течение 15 секунд. В каждом образце было сделано по три равноудаленных углубления, таким образом, было получено 15 измерений.

Восемьдесят четыре постоянных бычьих резца были отобраны для испытаний на прочность соединения при сдвиге. Критериями выбора зубов были отсутствие сколов, глубоких бороздок и пятен на поверхности эмали. После 1 недели пребывания в 0,1% растворе тимола зубы были сегментированы с помощью алмазного диска с насадкой с низкой скоростью вращения вокруг пришеечной трети корней и в резцовой трети коронки. Затем каждую склеиваемую поверхность помещали горизонтально в самоотверждающуюся акриловую смолу в пластиковых цилиндрах (25 × 20 мм).Поверхности полировали пемзой и резиновой чашечкой с насадкой с низкой скоростью вращения, промывали, сушили и поровну распределяли по разным группам. Были вырезаны металлические матрицы (n  =  84) для ортодонтических колец (Morelli, Sorocaba, SP, Бразилия) длиной 10 мм × высотой 4,5 мм × шириной 0,15 мм, поверх которых были приварены металлические брекеты (Morelli). С GIC манипулировали, и каждая матрица была зацементирована в центре поверхности коронки (рис. 1а). Через 5 минут после первоначального отверждения образцы хранили при 37 °C при 100 % относительной влажности в течение 60 минут и погружали в дистиллированную воду на 24 часа при 37 °C перед проведением испытаний.Испытания на прочность соединения при сдвиге проводились на той же универсальной испытательной машине, описанной ранее, с использованием матрицы с нагружающим долотом (рис. 1b) при скорости траверсы 1 мм/мин и регистрировались в МПа.

Для испытаний на диффузию в чашках с агаром было приготовлено 12 образцов (диаметр 6 мм × высота 3 мм) из каждой группы, которые хранились в дистиллированной воде, которую меняли каждый день. Перед помещением на чашку с агаром все образцы стерилизовали газообразным этиленоксидом в течение 5 часов, а затем дегазировали в течение 48 часов.После процесса стерилизации образцы также хранились в стерилизованной воде. Бактериальные штаммы Streptococcus mutans ATCC 25175 из исходной культуры культивировали в инфузии мозгового сердца (BHI) (Merck & Co, Whitehouse Station, NJ). Его использовали в разведении 10 -1 , содержащем 1,2 х 10 -8 КОЕ/мл, которое определяли путем серийного разведения в солевом растворе на уровне 0,85%. После инкубации при 37°C в течение 48 часов штаммы бактерий распределяли по чашкам с агаром BHI и оставляли на 30 минут при комнатной температуре.После этого в каждой инокулированной бактериями агаровой чашке пробивали по три лунки диаметром 5,5 мм и помещали в них по три образца (контроль, 10 % и 18 % CHD) того же материала при полном контакте со средой. (Рисунок 2а). Затем планшеты инкубировали при 37°С в течение 48 часов в микроаэрофильной среде и измеряли диаметр зон ингибирования цифровым штангенциркулем (Mitutoyo) в двух точках, горизонтально и вертикально, на 5, 45 и 65 сутки. (рис. 2б,в).Испытания проводились в трехкратной повторности для всех групп.